(от лат. ad absurdum, что означает буквально "исходящее от глухого", т. е. разговор невпопад) - бессмыслица, нелепость. По-видимому, первоначально это понятие фиксировало ситуации рассогласованности в речи и поступках, а затем перешло в математику и логику и стало обозначать рассогласованность (расхождение) каких-либо рассуждений (действий) с результатами, выводами. Совершенно иной статус приобрело понятие А. в философии и культуре второй половины XIX - начала XX в. В философии экзистенциализма, начиная с С. Кьеркегора, а затем у М. Хайдеггера, Ж. П. Сартра, А. Камю и др., оно используется для характеристики человеческого существования в условиях смыслоутраты, связанной с отчуждением личности от общества, от истории, от себя самой. Теперь А. становится обозначением изначального, неустранимого, трагического разлада человека с миром. Человек как мыслящее, переживающее существо жаждет единства, "согласия" с миром, но мир не откликается на его "зов", потому что он лишен "смысла": он равнодушен и даже враждебен человеку. Экзистенциалисты неоднократно описывали и анализировали "абсурдное сознание", т. е. переживание, осознавание человеком своего разлада с миром. Особенно часто использовал это понятие А. Камю, посвятивший этой проблеме одно из своих главных произведений - "Миф о Сизифе", - имеющее подзаголовок: "Эссе об абсурде". "Абсурд, - пишет Камю, - идет столько же от человека, сколько от мира. Теперь он - единственная связь, которая их объединяет" (Камю А. Бунтующий человек. М.: Политиздат, 1990, с. 34). В интерпретации А. Камю "сизифов труд" - это "удел" современного человека, втянутого в "механизм" привычной однообразной жизни, в которой бесполезно искать какой-либо смысл. "Вкатывая свой камень" на вершину горы. Сизиф, как и современный человек, обнаруживает всякий раз тщетность собственных усилий. Но "стоит ли тогда жизнь того, чтобы быть прожитой"? - размышляет Камю. Он утверждает: покончить с жизнью, убить себя - это значит признать свое поражение, признать, что "жизнь превзошла или ты ее не понимаешь". Но как же жить человеку, человеческой мысли в этих "стенах абсурда"? Выход - один: не прятаться от правды, но трезво "взглянуть в глаза абсурду" и противостоять ему тем, что выстроить собственный "смысл", который ничто не могло бы поколебать (Камю А. Бунтующий человек, с. 90 - 92). Как полагают экзистенциалисты, А. проявляется не только в жизненных ситуациях, заставляющих человека пережить разлад с миром, но и в тщетности усилий познать его. Разум, наука бессильны перед неподатливостью, непостижимостью мира: человек может тешить себя иллюзиями по поводу обладания истиной, но на самом деле ему доступна не истина, а некий образ, метафора, скрывающая подлинную сущность мира. Еще меньше способна наука понять человека, его жизнь. Не наука, а литература и искусство, а также непосредственное переживание способны "схватить" живую, трепетную ткань человеческого существования. Понятие А. выступает в философской мысли XX в. как антипод понятия разума. Вера в "разумность" человека, согласующуюся со "всеобщим разумом", стала основанием социального оптимизма XVII - XVIII вв. В XX в., когда человечество получило опыт мировых войн, тоталитарных режимов и пр., вера в "разумность" происходящего, в "прямолинейный" исторический прогресс была подорвана, и философия экзистенциализма выступила с критикой рационализма как миропонимания. Тема абсурдности бытия, утраты смысла жизни неоднократно была предметом внимания не только философии, но также литературы и искусства XX в. Речь идет не только об экзистенциалистах, многие из которых совмещали в себе философа и писателя (Г. Марсель, А. Камю и др.), но и о творчестве таких художников, как У. Фолкнер, С. Беккет, Э. Ионеско, X. Кортасар, X. Борхес, П. Пикассо, С. Дали и др. Р. Р. Москвина