В то же время, когда я проверяю мою собственную концепцию человеческого совершенства, я нахожу, что она - несомненно, благодаря тому, что окружало меня в раннем детстве - содержит много такого, что до сих пор ассоциировалось с аристократией: бесстрашие, независимость суждений, освобождение от толпы, культуру досуга. Можно ли сохранить эти черты, или даже развить их, в индустриальном обществе? И можно ли отделить их от типичных аристократических пороков: недостатка сострадания, надменности и жестокости к тем, кто за пределами изящного круга? Эти дурные качества не могли бы существовать в обществе, в котором аристократические добродетели являлись бы достоянием всех. Но этого можно достигнуть только благодаря экономической обеспеченности и свободному времени - двум источникам того, что есть хорошего в аристократии. В конце концов стало технически возможным, благодаря прогрессу механизации и - вследствие этого - возрастанию производительности труда, создать общество, в котором каждый человек экономически обеспечен и имеет достаточный досуг, ибо полный досуг не нужен и нежелателен. Но хотя техническая возможность существует, есть серьезные политические и психологические препятствия. Для создания такого общества необходимо гарантировать три условия: 1) более равномерное распределение продукта труда; 2) отсутствие крупномасштабных войн; 3) постоянное или близкое к постоянному население.