- понятие, соотносительное с понятием сущности и противопоставляемое ему. Это противопоставление предполагает такой способ рассмотрения реальности, когда человек от наивного реализма ("вижу вещи") переходит к осознанию того, что явления вещей нетождественны самим вещам. В философии XX в. понятие Ф. наиболее широко употребляется в направлениях гносеологического дуализма, где различается трансцендентное и имманентное. Трансцендентное понимается двояко: либо как то, что лежит по ту сторону нашего познания вообще (Бог, свобода, бессмертие), либо как то, что лежит по ту сторону нашего Я. В первом случае это граница опыта вообще, во втором - граница субъективного опыта. Имманентное - это содержание сознания, феноменальная данность. Брентано и Дильтей различали физические (внешние) и психические (внутренние) феномены. Физические Ф. - это не. вещи, действительно наличествующие, а знаки чего-то действительного, что своим влиянием производит представление. Психические Ф. суть Ф. в строгом смысле слова, т.к. они даны в переживании имманентно, в ментальной (интенциональной) данности, в качестве непосредственной очевидности. У Гуссерля восприятию вещи, по существу, с самого начала свойственна "неадекватность", вещь дается в восприятии "односторонне", в горизонте неопределенного. В ходе познания она становится все более определенной, но все же "самой сущности корреляции вещи и восприятия вещи... присуще оставаться несовершенным". Гуссерль считает, что Брентано допускал смешение понятия психического Ф. с "чистым феноменом" в феноменологическом смысле. Последний у Гуссерля не эмпиричен, но он не является и априорным в кантовском смысле. Ф., исследуемые феноменологией - те же, что и Ф. других наук, но даются они в совершенно иной установке, чем в других науках. Трансцендентальная редукция преобразовывает естественную установку, основанную на "трансцендентных" фактах, в феноменологическую, рассматривающую то же содержание как имманентный сознанию, непосредственный и абсолютно данный "чистый" Ф. В этой интенциональной данности Гуссерль различает две стороны Ф. (см.: ноэзис и ноэма), пребывающие в сущностной корреляции как неразрывные моменты первичного единства. Последователи Гуссерля, однако, усмотрели односторонность в идеалистической тенденции основывать Ф. на трансцендентальной субъективности. А. Пфендер, в частности, указал на онтологическую обусловленность феномена. Шелер рассматривал Ф. в феноменологическом смысле как априорно данные "чистые факты", раскрывающиеся в феноменологической установке как "чистые сущности", или "чтойности", выявляющиеся далее в синтезе созерцаемого содержания как "первофеномены" и рациональное содержание значений ("идеи"). Н. Гартман же утверждал онтологический примат бытия перед познанием, объекта перед субъектом. Ф. у него и тут и там является видимой границей и переходом в другой, так что, с одной стороны, оказывается возможным субъективный подход к бытию, а с другой стороны, он одновременно "трансцендирует" самого себя, являет свое содержание как трансфеноменальное. У Хайдеггера Ф. как "себя в себе самом показывающее" уже не есть произведение сознания, а бытие, указывающее на себя в некотором горизонте времени, который одновременно "овозможивает" самодостаточность "бытия в мире". Поэтому вместо анализа сознания с помощью трансцендентальной редукции Хайдеггер предлагает экзистенциально-аналитическую экспликацию конкретного существования в виде "присутствия" (Dasein) во временности. Хайдеггер тщательно различает эмпирический и трансцендентальный подход к Ф., чтобы отделить понятие феномена от "видимостей" (кажущегося сущим, но чего на самом деле нет), "чисто привативных модификаций" и "явлений" (т.е. того, что как знак указывает на другой знак). Ф. здесь - это бытие сущего и одновременно нечто скрытое, изменчивое, нетематизированное. Для Витгенштейна Ф. - это также нечто первичное и ни к чему не сводимое. Объяснение Ф. не прибавляет ему реальной данности. Поэтому неверно, полагает Витгенштейн, искать объяснения там, где следует видеть факты как "первофеномены". А.Г.Вашестов