- франц. философ культуры, исследователь мифологии, религиовед. писатель. Учился в лицее; поступил в 1925 в Бухарест. ун-т (ф-т филологии и философии), окончив его в 1928.Устойчивый интерес Э. клит-ре, древней истории, ср.-век. алхимии и оккультизму, философии Возрождения, религиям Востока определился рано. Увлечение Востоком привело молодого ученого в Калькутту (1928), где он слушал лекции в ун-те, осваивал языки и работал с инд. религиозно-филос. текстами. В Индии Э. провел более трех лет, из к-рых более полугода - в гималайских ашрамах индийских гуру. Изучение Индии и личный опыт приобщения к святыням древних вост. религий наложили существ, отпечаток на научную проблематику и мировоззрение Э. Первые крупные научные публикации Э. "Эссе о происхождении инд. мистики" (1936), "Техника йоги" (1948), "Йога: Бессмертие и свобода" (1954) - серьезные научные труды по истории мистики и духовных практик Востока, однако, подзаголовок последней и содержание книг ясно указывали на то, что академич. начало сочетается в них с поиском и разрешением экзистенциальных вопросов, остро поставленных мыслителями поколения Хайдеггера и Сартра. Оставив недолгую дипломатич. службу (1940-45, Лондон, Лиссабон), Э. - проф. Сорбонны (1945). В следующее десятилетие выходят в свет важнейшие работы Э. ("Миф о вечном возвращении: Архетипы и повторения", 1949; "Шаманизм и архаич. техники экстаза", 1951; "Обряды и символы", 1952; "Кузнецы и алхимики", 1956 и др.). В эти годы завершается формирование позиций Э.-ученого и ширится слава Э.-писателя ("Бенгальская ночь", 1950; "Запретный лес", 1955 и др.). В 1956 Э. возглавляет кафедру сравнит, религиоведения Чикаг. ун-та. Он развивает свои теор. воззрения на архаич. культуру и мифол. сознание ("Аспекты мифа", 1963; "Сакральное и профанное", 1965), исследует ритуал и фольклор ("Обряды и символы инициации", 1965; "Австрал. религии. Введение", 1973), пишет обобщающие труды по истории религий ("История верований и религ. идей", т. 1-2, 1976-78); "Энциклопедия религии" (1987, 16 т.), гл. редактором к-рой он являлся). Методология Э. складывалась в период утраты эволюционизмом господствующего положения в гуманитарных науках. В отличие от Тайлора и Фрэзера Э. стремится обнаружить в истории культуры не последовательно сменявшие друг друга состояния, прогрессировавшие от простого к сложному, от грубого к утонченному, но универсальные морфол. образцы ("паттерны"), неустранимо присутствующие в культуре и составляющие ее ядро независимо от хронологии и этнич. принадлежности. Эта мысль опиралась на представления о единстве и сущностной неизменности человеч. природы от глубокой архаики до современности. Эти представления в период формирования взглядов Э. получили широкое распространение благодаря феноменологии, психоанализу и др. течениям гуманитарного знания. Э. обосновывает существование и подробно рассматривает одну из важнейших, по его мнению, универсалий - циклич. восприятие времени. В работе "Миф о вечном возвращении. Архетипы и повторения" Э. аргументирует положение, согласно к-рому архаич. человек живет преимущественно циклич. восприятием времени, выражая это восприятие в мифологии и оплотняя его в ритуалах и праздниках. По Э., такой способ отношений со временем вообще наилучшим образом соответствует модусу человеч. бытия. Между тем последние две тысячи лет зап. человек подчиняет свое сознание линейному восприятию времени. Ответственность за смену темпоральной доминанты Э. возлагает на иудаизм и христианство. Присущая христианству идея истории, основанная на линейной концепции времени, раскрыв новые возможности человеч. бытия, вместе с тем терроризирует человека мыслью о неповторимости и непоправимости каждого события и поступка. В "Аспектах мифа" Э. доказывает, что мифол. сознание, построенное на циклич. восприятии времени, отторгает "историю", сохраняясь на протяжении тысячелетий на периферии европ. культуры - в фольклоре и обычаях, а также исподволь выхолащивает историзм христианства в "народных теологиях" сельских жителей. Корни "антиисторизма" методологии Э. и его культурологич. критики "исторического" как репресcивного и трагического кроются не только в смене зап. научной парадигмы и в мировоззрении мыслителя, близкого экзистенциализму, но также и в его симпатиях к "внеистор." Индии, ее философии "вечного круговращения". В своей методологии Э. выступает последоват. противником редукционизма. Не отрицая влияния культурной среды и социальных обстоятельств, он утверждал, что мифы, ритуалы, как и произведения искусства, только тогда открывают свой подлинный смысл, когда они поняты как автономное творение человеч. духа. Принципиально важно для всех концептуальных построений Э. утверждение, что толчком к творч. деятельности человеч. духа является соприкосновение с сакральным, точнее, манифестация сакрального (иерофания). Этот контакт человека и запредельной обыденной ("профанной") жизни реальности, имя к-рой у разных народов разное - Космос, Яхве, Аллах, Брахман и др., образует скрытый нерв общечеловеч. культуры. Потрясение от встречи с сакральным и содержание опыта такой встречи становятся источником создания всего наиболее значимого в культуре - мифов, религ. символов, худож. образов, ритуалов, к-рые, закрепляясь как образцы для повторения ("парадигматич. образцы"), формируют каркас культурной жизни. Э. подчеркивает, что ориентация на встречу с сакральным и готовность интерпретировать экзистенциально значимое как иерофанию архетипически заложена в человеке и не исчезает с разрушением традиц. мифол. и религ. целостностей. Совр. человек бессознательно под влиянием архетипич. импульсов создает "крипторелигиозный" (греч. .....oo, лат. crypticus" - скрытый, потаенный) и "криптомифол." культурный мир, существующий рядом с секулярными, профанными формами жизни как сост. часть совр. культуры. Наблюдения над совр. мифол. сознанием сближают направленность работ Э. с "мифологиями" Р. Барта. Надежды на получение достоверных рез-тов при исследовании архаических культур Э. связывал с использованием феноменологич. "интеллектуальной симпатии", а также методов "всеобщей" и "творческой герменевтики" (отыскание в сокрытых и профанных явлениях, даже таких на первый взгляд натуралистических, как еда и секс, сакральных смыслов). Публикации Э., став крупным явлением совр. гуманитарного знания, подвергались критике многих ученых за произвольные и умозрит. обобщения, субъективный подбор истор. фактов и источников, поверхностные параллели, "художественность". Свою культурологич. "сверхзадачу" Э. видел в преодолении разрывов между Западом и Востоком, прошлым и настоящим, знанием и потаенными глубинами памяти. Уже в юности он лелеял надежду открыть все "секреты" религий, истории и человеч. предназначения на земле; в ун-те, изучая гуманизм Возрождения, чаял выявить модель "универсального человека"; в 30-е гг. мечтал, что народы Вост. Европы станут мостом между Западом и Востоком. В зрелые годы Э. стремился посредством ознакомления с подлинной сутью мифов, символов и древнейших образов "раскрыть зап. сознание", сняв с него наслоения истории и обнажив в нем внеистор. общечеловеч. ценности, и тем самым подвести его к новому, планетарному гуманизму. Универсализм и стремление к обретению целостности - две черты, определявшие и характер научной деятельности Э., и его культурные проекты. Соч.: Yoga. Essai sur les origines de la mystique indienne. P.: Bucarest, 1936; Le mythe de 1&eternel retour. P., 1949; Le yoga: Immortalite et liberte. P., 1954; Forgerons et Alchimistes. P., 1956; Birth and Rebirth. N.Y., 1958; The Sacred and the Profane. N.Y., 1959; Aspects du mythe. P., 1963; The Quest. History and Meaning in Religion. Chi., 1969; Le chamanisme et les techniques archaїques de 1&extase. P., 1983; Космос и История: Избр. работы. М., 1987; Священное и мирское. М., 1994; Аспекты мифа. М.,1995. Лит.: Мелетинский Е.М. Поэтика мифа. М., 1995; Altizer Th. Mircea Eliade and the Dialectic of the Sacred. Phil., 1963; Myths and Symbols: Studies in Honor of Mircea Eliade. Chi., 1969: Alien D., Doeing D. Mircea Eliade: An Annotated Bibliography. N.Y., 1980; Imagination and Meaning: The Scholarly and Literary Worlds of Mircea Eliade. Ed. by Girardot N.Y., Mac Linscott Ricketts. N.Y., 1982; Gulian C.I. Hegel, Tinarul, Nietzsche, Mircea Eliade teoretician si istoric al religiilor. Bucuresti, 1992; Ungureanu C. Mircea Eliade si literatura exilului. Buc., 1995. А. П. Забияко