- Любое общественное явление, поступок или мотив человеческой деятельности обладают одновременно эстетическим и этическим значением (ценностью) в могут быть оценены, с сдави стороны, как прекраснее иди безобразное, с др. стороны, май добре или эдо. При этом издавна в общественном и индивидуальном сознании нравственное и прекрасное мыелято» как некое органическое единстве» фиксируемое даже словесно (напр., древиегреч. понятие «калокагатия» означает одновременно и «добрее» » «прекраснее», а понятие «прекрасное» в рус. эпосе и сказках применяется для обозначения физического совершенст-ва, душевной силы и нравственной чистоты). Такое взаимопроникновение двух относительно самостоятельных понятий отражает важнейшую ценностную установку, выработанную исторически развивающимся общественным сознанием; е гуманистической т. зр. прекрасным является то, что нравственно, морально, что возвышает в облагораживает человека, а нравственное не может быть признано морально-добрым, если оно внутренне не связано с прекрасным». Именно внутреннее родство, сущностное единство этической и эстетической сфер обусловили смысловую специфику понятий «возвышенное», «низменное» и др., где этическая и эстетическая оценки явления или п«к ступка выступают нераздельно», слитно. Диалектика взаимоотношений Э. и э., однако, не исчерпывается их единством. В конкретном историческем контексте имеют часто весьма сложные и нередко глубоко противоречивые отношения между этими сферами Фанта конфликта между Э. и э, в условиях классово антагонистического об-ва послужили причиной возникновения теорий н концепций, гдй данные сферы неправомерно противопоставляются друг другу вам якобы изначальна чуждые, несоединимые формы человеческой жизнедеятельности. Марксистско-ленинская наука, отвергая эти концепции и выводы, рассматривает противоречив между Э. н э. реальной действительности как следствие уродливых социальных условий (напр., в буржуазном об-ве добро и красота часто исключают друг друга либо оказываются в противоестественном сочетании, когда порок, безнравственность претендуют на положительное эстетическое значение, а красота утрачивает нравственное начало) или одностороннего развития и воспитания личности, в силу чего стремление к красоте или соблюдение общепринятых норм морали носит чисто внешний, «показной» характер. Многообразие конкретных случаев несовпадения Э. и э., как правило, является результатом нарушения гармонии в отношениях между реальным и идеальным, природным и духовным, внутренним и внешним в самой человеческой, жизнедеятельности. В сфере поведения личности и отношений между людьми это выражается, в, частности, в недооценке «формы» поступка или общения, к-рая может быть вежливой или грудой (Вежливость, Грубость), изяицюн или вульгарной, либо, напротив, в пренебрежении «содержательной», стороной поведения и общения это наиболее наглядно проявляется в «чистых» формах Э. и э. Э; и э. вступают в конфликт и в. тех случаях, когда человеку нравится, доставляет наслаждение то, что в нравственном смысле ущербно или аморально (напр., положительное восприятие тех образцов т. наз. массовой культуры, в к-рых эстетизируются, насилие, жестокость, сексуальная патология и пр.). В реальной жизни порок, пошдасть, духовная нищета и ограниченность нередко маскируют свою подлинную сущность внешней красивостью формы, манер, слов. Поэтому отличие подлинной красоты от красоты мнимой выявляется через ее отношение к добру, т. е. через установление ее собственно человеческого содержания. Нравственная оценка события, факта или поступка органически входит в состав и структуру эстетической характеристики любого социального явления. Т. обр., в человеке, взятом в его многообразных связях с конкретно-исторической социальной действительностью, Э. и э. выступают сторонами единого целого. Именно, в самом человеке и следует искать, поэтому реальную основу «согласия», так и «разногласия» в отношениях Э. и э. Преодоление противоречий, искажающих смысл 3 и 9, возможно лишь на основе практического осуществления коммунистического «деала. ставящего своей целью создание всех необходимых условий для всестороннего, целостного развития личности. Важная роль раскрытия реальной диалектики Э. и э. принадлежит искусству, к-рое А. И. Герцен назвал «эстетической школой нравственности».