Защите и обновлению либеральных идей, но в ином чем у Роулса смысле, посвящены работы известного американского социального философа, философа права, этика Рональда Дворкина, профессора права Оксфордского и Нью-Йоркского университетов. Наиболее известные его работы - "Принимая права всерьез" ("Taking Rights Seriously", 1977) , "Дело принципа" ("A Matter of Principle", 1985) и "Империя права" ("Law´s Empire", 1986). Основные идеи концепции Дворкина: 1 В противовес позитивистским, герменевтическим философскоправовым концепциям Дворкин, вместе с рядом других авторов, настаивает на возможности и необходимости дать содержательное этическое обоснование права. Следуя Канту, Дворкин подчеркивает особое значение деонтологического обоснования, т.е. такого, которое опирается на концепцию долга и должного. Отчасти принимается и принцип справедливости Роулса, однако критике подвергается роулсовская абсолютизация значения "исходной позиции" в обосновании прав и свобод человека. Дворкин отвергает идеи Роулса и его сторонников, которые пытаются описывать мотивы поведения людей по принципу "или-или": или индивидуальные интересы - или моральность. "Я утверждаю, - писал Дворкин, - что либералы должны отвергнуть такой ограниченный подход к своей теории. Они, напротив, должны попытаться связать этику и политику, обосновывая такой подход к природе и характеру жизни, основанной на добре (good life), который сделает либеральную политическую мораль скорее непрерывной, чем прерывной, и свяжет ее с философским пониманием такого рода жизни". 2 Итак, моральное обоснование политики и права, согласно Дворкину, не только возможно, но и принципиально необходимо. При этом моральное обоснование права значительно облегчается тем, что позитивное право неизбежно ассимилирует, концентрирует в себе и моральное содержание. В этом с Дворкиным согласны многие специалисты по философии права и многие этики. В данном пункте также сохраняется наибольшая близость современных авторов к подробно обоснованной Кантом идее о "взаимодополнительности морали и права". 3 Дворкин, далее, различает - применительно к философии права и этике - понятия "правила" и "принципы". Правила - это конкретные нормы; принципы содержат в себе всеобщие - и еще требующие обоснования, интерпретации - правовые положения (такие как человеческое достоинство, справедливость и равенство). И принципы и правила равно имеют, согласно Дворкину и его сторонникам, телеологическую структуру, т.е. они связаны с целями. Однако различия между ними весьма существенны. Правила всегда включают релятивизирующий компонент "если" и варьируются соответственно условиям их применения; конфликт между правилами означает необходимость исключения или отмены одного из конкурирующих правил. В случае конфликта принципов один из них, правда, выступает на передний план, однако другой вследствие этого вовсе не утрачивает своего значения. 4 Позитивное право образует, согласно Дворкину, единство правил и принципов. Их целостное обоснование достигается благодаря дискурсивному обсуждению права. В нем участвуют и граждане государства, и лица, непосредственно занятые исполнением или трактовкой закона. "Конструктивная интерпретация - дело, состоящее в наложении цели на какой-либо объект или какую-либо практику во имя превращения их в наилучший из возможных примеров той формы или того вида, к которым эта данность принадлежит..." Каждый судья способен и по роду своих занятий должен включаться в общий правовой дискурс и восходить от конкретного деласлучая к идеально значимому решению. При таком подходе индивидуальным субъектам права и закона вверяются весьма широкие возможности в деле сохранения непрерывности правового пространства и даже соединения правовой практики и теории. И действительно, Дворкин апеллирует к некоему идеальному субъекту, "судье-Геркулесу", который якобы знает все принципы и целеполагания, необходимые для оправдания оптимального, по его мнению, решения и одновременно разбирается во всех хитросплетениях существующих законов. Соглашаясь с Дворкиным в том, что фигура судьи (или другого толкователя и исполнителя закона) должна быть для философии права центральной, представители "легального реализма", в частности "движения за критическое изучение юридической сферы", высказали свои сомнения относительно того, что право как нечто "когерентное", единое существует, тем более в последовательно проведенной форме, и что правовая практика рационально соотносится с соответствующими законодательными установлениями и господствующими учениями. Подверглась критике и презумпция "судьи-Геркулеса": судья из плоти и крови, возражали критики, не имеет ничего общего с идеальной фигурой судьи в изображении Дворкина. Дворкин подробно отвечал на критику юристов и философов, придерживающихся "реалистической" позиции. Он ввел понятие "интегральность", настаивая на том, что сообщество реально интегрирует своих членов там и тогда, и только тогда, когда реально признает их свободными и равными друг другу. Иными словами, существование правового государства уже в себе самом содержит доказательство интегрированности, цельности сферы права. На связь позиции Дворкина с американским опытом указал Ю.Хабермас: "Будучи американцем, Дворкин имеет за плечами более чем двухсотлетнее непрерывное конституционное развитие; будучи либералом, он скорее склонен к оптимистическим оценкам и открывает в американском правовом развитии образец для подражания". В полемике Дворкина и его критиков в философии права (A. Aarnio, R. Alexy, Gunther) были также затронуты и достаточно плодотворно обсуждены и более общие проблемы социальной философии: взаимодействие индивидов в сообществе, социальная интерграция, роль коммуникации, диалога, дискурса в социальной практике, в социальной интеграции. Решающую роль в критике обновленных проектов либерализма сыграл уже упомянутый комму нитаризм, оказавший большое влияние на дискуссии последних лет в социальной философии и этике.