(греч. ?????????? - ниспровержение, поворот, смерть) - внезапное бедствие, событие с фатальными последствиями; в греческом театре К. назывался кульминационный пункт в развитии драмы, приводящий к резкому изменению судеб ее героев. В философских и научных теориях тема К. всплывает при рассмотрении вопроса о неизбежности разрушения как момента всякого обновления. Миф о периодически повторяющейся К. типичен для мифологий древности с присущей им циклической теорией времени: в конце мирового цикла вследствие истощения жизненных сил наступает К., "естественный конец" мира. М. Элиаде, исследуя мифологические связи между индивидуальным творением и сотворением мира, счел необходимым указать на различие между этими мифами и мифами о реальной К. (потоп и т. п.), вызванной прямым вмешательством божественных сил. Учение о К. входит в тео- и космогонии многих древнегреческих философов от Гераклита, учившего о возникновении космоса из огня и о его грядущем возвращении в огонь, пифагорейцев, хранивших учение об уже прежде бывшей и еще предстоящей гибели мира от небесного огня или от лунной воды, Эмпедокла, воспевавшего борьбу Любви, соединяющей стихии, и Распри, вновь разрывающей их, и вплоть до стоиков с их теорией периодически повторяющегося "мирового пожара", обуславливающего последующее воскресение мира. По-видимому, в иудаизме впервые появляется учение об однократной К., окончательном и бесповоротном Конце Света, после которого раз и навсегда будет восстановлен мир в первоначальной чистоте. Хотя христианство и переосмысляет учение о Конце Света во многих немаловажных деталях, и в христианстве сохраняется учение об однократности К. Уникальное значение для развития современной теории К. имело гностическое учение о К. сокрушения единства и сотворения мира, индивидуализировавшее представление о восстановлении разрушенного в результате К., а вместе с тем и представление о самой К. Согласно учителям гнозиса III в. (Валентин и его школа), эманация Плеромы (Полноты, Бога-Отца) создает мир эонов, и самый младший из их числа, зон София, стремясь познать Отца, противопоставляет себя Ему и тем реализует заложенную уже в эманации эонов возможность К. сотворения мира (отрыва от Полноты). София создает пневматическое (Христос), психическое (Демиург) и хтоническое (Диавол) начала мира; причем. если Христос возвращается в Полноту, то Демиург и Диавол, объединившись, заполняют своими творениями мир. созданный отпадением Софии. Спасет этого мира может осуществить пневматик, т. е. человек, идущий путем высшего познания (гнозиса) к восстановлению единства с Полнотой. Учение гностиков о творении воспроизводилось и развивалось христианскими ересями (павликиане, богомилы, катары и т. п.), христианской и иудейской мистикой. С момента возникновения каббалы (XIII в.) гностическое учение о творении становится ее составной частью и сохраняется в каббалистических текстах до тех пор, пока в XVI в. М. Кордоверо, И. Лурия и их ученики не подвергают его радикальному переосмыслению. Так, Лурия утверждал, что первичная К. обусловлена тем, что Бог, задумав творение, освободил для него пространство и поместил в него сосуды, призванные принять в себя потоки Божественного Света. Эти сосуды, созданные Богом, но существующие за Его пределами, представляли собой возможность зла (противостояния Богу), но когда Божественный Свет хлынул в них, а они, не выдержав напора, разлетелись на куски, то образовавшиеся в результате К. сокрушения сосудов осколки были уже действительностью зла. Но вместе с тем злые осколки стали началом истории мира и источником надежды на то, что мессия некогда соберет их в себе, избавив тем самым мир от зла и восстановив его единство с Богом. В учении поздних каббалистов К. предстает необходимым условием как исторического, так и индивидуального творчества. Именно этот момент драмы творения, открывающейся уходом Бога, достигающей кульминации в К. сокрушения сосудов и завершающейся восстановлением единства с Богом, привлек внимание ведущего современного исследователя и интерпретатора каббалы Г. Шолема. обосновав свое толкование каббалы этим учением о К. и нарушив тем самым траадицию искать сокровенную суть каббалы в других частях ее наследия (символика чисел и т. п.), Шолем установил Факт отказа поздних каббалистов от учения об эманации в пользу диалектической теории творения и осуществил подчнно-рефдексивное прочтение каббалы. Насколько толкование каббалы Шолемом отвечает на вопросы, поставленные XX в., позволяет судить очевидная близость его понимания каббалистического учения о К. к теории его друга и единомышленника В. Беньямина. Для Беньямина каббалистическое учение о К. творения становится аналогом теории исторического действия, в ходе которого эксплуатируемые порывают с традицией эксплуататоров, обращая ее наследие в руины и тем самым расчищая сцену для своего исторического действия. Беньямин, стремясь связать деятельность художника-новатора с борьбой революционного класса за свои права, создает учение о неизбежной К. индивидуации традиции, в которую выливается напряженное отношение между господским сознанием, усвоившим традицию, и рабским сознанием, лишенным к ней доступа и стремящимся вырвать у нее право на творчество. В философии Беньямина интерпретация каббалы и интерпретация гегельянизирующего марксизма сливаются в теорию исторического творчества, центральным понятием которой становится понятие К., взрывающей непрерывность истории и позволяющей воспринимать будущее как мгновение возможного пришествия мессии. Противостоящее феноменологическому учению о времени, это решение проблемы будущего сближается с психоанализом и с теорией К., развиваемой в его рамках. Влияние травматического опыта на формирование психики всегда было одной из главных проблем психоанализа. Постановка ее в рамках этого течения связана с учением 3. Фрейда о двойном начале сексуальной жизни, согласно которому формирование психики связано с тем, что в возрасте около пяти лет сексуальная жизнь ребенка насильственно прерывается приблизительно до пятнадцати лет и наступает т. н. "латентный период". Формулируя основоположения своей "второй топики" в статье "Я и Оно", Фрейд сравнил наступление латентного периода с наступлением ледникового периода, и это сравнение позволило Ш. Ференци создать свою теорию развития индивида и органической жизни в целом, представляя это развитие как последовательность пяти К. отделения. На уровне филогенеза развитие начинается с возникновения органической жизни (первая К.), проходит через возникновение индивидуальных одноклеточных организмов (вторая К.), начало полового размножения и развитие видов в море (третья К.), высыхание океана и выход жизни на сушу, вызвавшие появление животных с половыми органами (четвертая К.), и завершается ледниковым периодом и появлением человека (пятая К.). На уровне онтогенеза этим пяти К. соответствуют: созревание половых клеток (первая К.), "рождение" зрелой яйцеклетки из яичника (вторая К.), оплодотворение и развитие зародыша в материнской утробе (третья К.), роды и развитие зоны гениталий (четвертая К.) и латентный период (пятая К.). Каждая из пяти К. становится этапом отделения от материнской стихии первоокеана, от Талассы, жажда возвращения в которую выражается в мифах о потопе, первоначально рассматриваемом как избавление и лишь позднее переосмысленном с т. зр. обитателей суши. Представленное Ференци психоаналитическое учение о К., в свою очередь, близко к естественнонаучным теориям К., развивавшимся еще с начала XIX в. Впервые теория К. в естествознании была предложена в 1812 г., когда основатель палеонтологии Ж. Кювье поставил вопрос об использовании ископаемых для определения возраста геологических слоев. Исчезновение одних видов ископаемых организмов и появление новых форм в последовательно расположенных слоях земной коры Кювье объяснил К. и последующим творческим актом восстановления жизни. В результате "последней катастрофы" образовались современные материки и появился человек. На фоне глобальных К. происходят не столь масштабные материковые К.; итогом одной из таких К. стала гибель мамонтов. С т. зр. Кювье, силы, производящие К., не имеют аналогов в современном мире. После К. наступает длительный период покоя, в ходе которого воссоздаются рельефы, растения и животные, остающиеся затем неизменными на протяжении длительного времени. Победа Кювье над Ж. Б. Ламарком и Ж. Сент-Илером в диспуте во Французской академии определила господствующее положение теории К. в геологии первой трети XIX в. Хотя к середине XIX в. теорию К. вытесняет эволюционная теория, и по сей день в целом ряде естественных наук периодически возрождается теория К. Так астрофизические теории "большого взрыва" и "тепловой смерти Вселенной" предстают вариантами теории К. Вновь теория К. добивается прочного положения в естествознании после того, как в 1972 г. Тома предложил геометрический образ К. Его теория, позволяющая описывать адаптационные и бифуркационные механизмы развития систем, определяет К. как переход системы в иное состояние (изменение структуры). Прежнее состояние системы разрушается в результате флуктуации, которая не играет особой роли в развитии системы до тех пор, пока не достигает области неустойчивости, присущей любой системе. В этой теории К. рассматривается как этап эволюции системы, а тем самым подчеркивается значимость К. для развития любой системы. Несмотря на все различия между мифологическими, религиозными, философскими и научными теориями К., их современные варианты позволяют заключить, что исследование К. необходимо для понимания характера взаимодействия индивидуального и всеобщего в процессе развития. С. Ю. Калайков, С. А. Никитин