(от лат. conventio - соглашение) - направление в философии науки, согласно которому в основе научных теорий лежат соглашения (конвенции) между учеными, а выбор их обусловлен соображениями удобства, простоты и т.д. - критериями, не связанными непосредственно с их истинностью. Возникновению К. способствовало появление неевклидовых геометрий, а также возрастание роли концептуальных средств в физике в ходе научной революции начала XX в. Существование альтернативных систем аксиом геометрий Евклида, Лобачевского и Римана поднимало вопрос о том, какая из них соответствует реальному физическому пространству. Основатель конвенционализма Пуанкаре снял этот вопрос, доказывая, что аксиомы геометрии являются не более чем удобными конвенциями. "Основные положения геометрии, как, например, постулат Евклида, - писал он, - суть также не что иное, как соглашения, и было бы настолько же неразумно доискиваться, истинны ли они или ложны, как задавать вопрос, истинна или ложна метрическая система. Эти соглашения только удобны, и в этом нас убеждают известные опыты". Пуанкаре распространил К. и на физические теории, такие, как классическая механика, термодинамика, электродинамика Максвелла и др., считая, что их исходные положения (напр., принцип инерции) также являются произвольными соглашениями, и единственное требование, которому они должны удовлетворять - это требование непротиворечивости. Тем самым К. был превращен в определенную философскую концепцию истолкования науки. Ее основной чертой является уход от решения проблемы соотношения концептуального уровня науки и реальности в сторону инструменталистского истолкования концептуальных средств. Особенно ярко это проявилось в логическом позитивизме, рассматривавшем в качестве средства анализа языка науки аппарат формальной логики. С этих позиций научная теория может быть представлена как формальная система, а ее исходные понятия в принципе могут быть выбраны произвольным образом. Это нашло отражение в "принципе терпимости" Карнапа, согласно которому каждый волен строить свою логическую систему при условии соблюдения правил синтаксиса. В еще более резкой форме эту идею выразил Айдукевич в своем тезисе "радикального К.", утверждающем, что изображение мира зависит от понятийного аппарата, в выборе которого мы свободны. Впоследствии, однако, как Айдукевич, так и Карнап смягчили свои позиции; последний, напр., стал утверждать, что выбор той или иной "языковой формы" делается на основе прагматических критериев. В К. нашел отражение та сторона научного познания, что научные теории не являются непосредственными обобщениями опытных данных, и в этом смысле конвенциональные элементы неустранимы из структуры научного знания. Поэтому большинство концепций современной философии науки содержит те или иные элементы конвенционалистской методологии. Принципиальными противниками К. как общей теории научного знания выступают прежде всего сторонники научного реализма. H.H. Пугачев Карнап Р. Значение и необходимость. М., 1959; Пуанкаре А. О науке. М., 1983;Лакатос И. Фальсификация и методология научно-исследовательских программ. М., 1995; I. Giedymin. Science and Convention: Essays Henri Poincare&s Philosophy of Science and the Conventional Tradition. Oxford, 1982.