— интимное и глубокое чувство, устремленное на др. личность, человеческую общность или идею. Л. включает в себя порыв и волю к постоянству, оформляющиеся в этическом требовании верности. Л. возникает как самое свободное и “непредсказуемое” выражение глубин личности; ее нельзя принудительно ни вызвать, ни преодолеть. Важность и сложность явления Л. определяются тем, что в нем, как в фокусе, пересекаются противоположности биологического и духовного, личностного и социального, интимного и общезначимого. В мифе и древнейших системах философии Л. понимается как “эрос”, космическая сила, подобная силе тяготения. Для греч. мысли характерно учение о Л. как строящей, сплачивающей, движущей и соразмеряющей энергии мироздания (орфики, Эмпедокл). Даже Аристотель видит в движении небесных сфер проявление некоей вселенской Л. к духовному принципу движения — неподвижному перводвигателю. Др. линия античной философии Л. начинается с Платона, истолковавшего в диалоге “Пир” чувственную влюбленность и эстетический восторг перед прекрасным телом как низшие ступени лестницы духовного восхождения, ведущего к идеальной Л., предмет к-рой — абсолютное благо и абсолютная красота. Христианство усмотрело в Л. сущность своего бога и одновременно гл. заповедь человеку. Спиноза радикально переосмыслил схоластическое понятие “интеллектуальной Л. к богу”; это центральное понятие его “Этики” означает восторг мысли перед глубинами мирового бытия, не ожидающий для себя никакой ответной Л. из этих глубин. В эпоху Великой французской революции Л. была понята как порыв, разрушающий рамки сословных преград и социальных условностей. Представители нем. классического идеализма (Фихте, Шеллинг, молодой Гегель) толковали Л. как метафизический принцип единства, снимающий полагаемую рассудком расколотость на субъект и объект. Важнейшая линия осмысления Л. на протяжении 19 в. связана с противопоставлением ее “рациональному” буржуазному делячеству. В предельно обобщенном (и отвлеченном) принципе Л. для Фейербаха лежит родовая сущность всех религий мира. На рубеже 19—20 вв. Фрейд предпринял систематическое перевертывание платоновской доктрины Л. Если для Платона одухотворение “эроса” означало его приход к собственной сущности и цели, то для Фрейда это лишь обман, подлежащее развенчанию “подавляемого” полового влечения (“либидо”), философии жизни Л. выступает в качестве одного из синонимов “жизни”, начала творческой свободы и динамики. Мотив абсолютной свободы Л. в смысле ее недетерминированности подхватывается экзистенциалистами. Представители религиозного экзистенциализма (Бубер, Марсель) говорят о Л. как о спонтанном прорыве из мира “Оно” в мир “Ты”, от безличного “иметь” к личностному “быть”. В марксистской философии Л. трактуется в контексте диалектике - материалистического понимания личности, ее духовного мира, соотношения с об-вом. Одним из важнейших компонентов эмоциональной жизни является Л., проявляющаяся в форме переживания, оценочного отношения и избирательной активности личности. Л. есть достояние общественно развитого человека. Она имеет свои биологические предпосылки у животных, выражающиеся в родительском и половом инстинктах. История об-ва, социально-трудовая деятельность, общение, искусство подняли эти биологические инстинкты до уровня высшего, подлинно человеческого нравственно-эстетического чувства. Л. индивидуальна и в каком-то смысле уникальна, отражая неповторимые черты жизненного пути каждого человека, быт и нравы народа, своеобразие определенной культуры.