- для мистически одаренных натур их прозрения субъективно представляются намного убедительнее церковной веры. Отсюда - сложности во взаимоотношениях мистики и церковных традиций. "Мистик в момент экстаза чувствует себя святым. Он не нуждается в чьей-либо помощи, даже в содействии и молитвах Церкви, потому что сам Бог освящает его. Ему не нужно исповеди..., потому что и без исповеди он свят, и сам Бог совершил за него все добрые дела. Ему не нужно таинства причащения: он вкушает духовное тело Господа устами своей души. Наконец, не нужно мистику всего культа Церкви, ...следовательно он может обойтись и без Церкви... Мистика открывает широкую дорогу для индивидуальных пониманий догмы, разрушает ее единство, скованное традицией; всех погружая в Божество, она низвергает идеи народа Божьего и Церкви вселенской" (Л.Карсавин). Это не означает, что мистика как таковая вся опасна для Церкви. Иногда удавалось обогащать духовный опыт Церкви тем, что открывалось мистикам при их встречах с Высшим. Но нередко известные мистики, возвращаясь из экстатических в обычное состояние сознания, прилагали немало усилий, чтобы убедить себя и других в полной верности традиции, отводя свой духовный опыт на второй план и не решаясь предлагать его другим.