Французский термин l&ecriture, как он разрабатывался в структуралистской традиции, не поддается точному переводу на другие языки: и в английском wrighting, и в немецком Schrift или Schreiben теряется целый пласт значений. П. указывает на реальность, не сводимую к интенциям той или иной производящей текст личности. У Деррида l&ecriture почти равнозначно "первописьму" (Urschrift); в постструктуралистском литературоведении, исходящем из фукианской теоремы о "смерти автора", обращение к феномену П. обусловлено отказом от связи языка с человеком как его началом и источником. Понятие П. играет ключевую роль в полемике деконструктивизма (см.: деконструкция) с традиционной литературой как литературой "присутствия" - по аналогии с дерридианской критикой "метафизики присутствия". Согласно Р. Барту, П. есть "точка свободы писателя между языком и стилем". Пишущий всегда находится в промежутке между языком, данным ему как внешнее, и идущим "изнутри" стилем; у него, таким образом, не остается иного выбора, кроме формальной реальности письма. П. выражает отношение между творчеством и обществом. Современная лингвистика, как и греческая философия, начиная с Платона, третировала П. как нечто вторичное по отношению к языку как речи. Согласно Ф. де Соссюру, единственным оправданием существованию П. является репрезентация речи. Абсолютный примат речи, голоса, фонемы над П. стал для Деррида поводом поставить вопрос о лого-фоно-центризме современной европейской рациональности. Деррида находит, что убеждение Соссюра в абсолютной чуждости П. внутренней системе языка восходит к известному утверждению Аристотеля, согласно которому речь непосредственно передает представления души, П. же всего лишь выражает то, что уже заложено в речи, голосе. Тем самым устная речь оказывается ближе к истине, чем письменная, которой остается скромный удел "материи", "внешнего", "пространственного". Речь движима живым дыханием, тогда как П. ассоциируется с омертвлением, несет в себе смерть; оно, по сути, уже есть смерть, или, как говорит Деррида, всегда имеет характер завещания. Вольфганг Пирхер (Вена)