(или социальная семиотика) - является исследованием общества и его составляющих в качестве семиотических объектов, т. е. знаковых систем, определяющих человеческое поведение и взаимодействие, хранящих и передающих информацию в социальном пространстве и времени. По своему предмету С. пересекается с антропологией и социологией. Антропология больше ориентирована на изучение "первобытных" и/или далеких от культуры самого исследователя обществ, а социология - на изучение "современных" и синтезирует прочие социальные науки в перспективе с т. зр. исследователя (преимущественно в европейской традиции). С. допускает оба подхода, но в меру признания семиотического характера реальности социального. Основные методологические направления С. можно классифицировать в рамках оппозиции между коммуникацией и сигнификацией (обозначением), которую У. Эко возводит к дихотомии "акт-потенция" у Аристотеля. По словам У. Эко, "всякая система коммуникации между людьми предполагает, в качестве необходимого условия, соответствующую систему сигнификации". В методологиях, ориентирующихся на изучение коммуникации, больше используются теория информации и кибернетика, методы бихевиоризма. Это направление ориентировано на исследование прагматики и эмпирические методы, свои теоретические истоки связывает с семиотикой Ч. С. Пирса. Другое направление ориентировано на теоретическое моделирование систем сигнификации, его истоки связаны со структурной лингвистикой и семиологией Ф. де Соссюра. Это направление наиболее выражено во французском структурализме. Означенные парадигмы могут рассматриваться и как взаимодополнительные. Предыстория структуралистской парадигмы в С. связана с социологией Э. Дюркгейма, сочетающей позитивизм с реализмом: "Система знаков, которыми я пользуюсь для выражения моих мыслей, денежная система, употребляемая мною для уплаты долгов, орудия кредита, служащие мне в моих коммерческих отношениях, обычаи наблюдаемые в моей профессии, и т. д. - все это функционирует независимо от того употребления, которое я из них делаю". Социологический реализм преобразовался в лингвистический и семиологический у Ф. де Соссюра, который противопоставил язь:к (как надиндивидуальную систему знаков) речи - индивидуальному и психофизиологическому процессу его употребления. Рассматривая сходным образом другие системы знаков (символические обряды, формы учтивости, военные сигналы и т. п.), он выдвигает задачу создания семиологии как науки о жизни знаков внутри общества, правда, включаемую им в социальную психологию (влияние Г. Тарда). Поскольку социальное рассматривается Соссюром как семиологическое, его можно считать отцом С. Идеи Соссюра оказали большое влияние на структурную антропологию. Становление второго направления в С. проходит через этно- и социолингвистику. Этнолингвистика как приложение лингвистических методов для изучения плана содержания культуры, представленной в слове, обычаях, предметах культуры наиболее активно развивалась в США. Ф. Боас исследовал семантику грамматических категорий, показав, что она определяет те аспекты опыта языкового коллектива, которые требуют обязательного выражения (что должно быть выражено, а не то, что может быть выражено - в интерпретации Р. Якобсона). Он показал, что внимание носителей языка направляется их вербальным кодом. Э. Сепир рассматривал связь языковых и социокультурных систем. По его словам, "каждая культурная система и каждый отдельный случай поведения в обществе явно или неявно связаны с коммуникацией", а общество представляет собой "весьма запутанную сеть отношений частичного или полного понимания между своими членами внутри групп разной величины и разной степени сложности". Идеи Сепира блестяще развивал Б. Уорф в своей гипотезе языковой относительности. Прагматически ориентированная С. развивается как в рамках лингвистической философии, так и социолингвистики. В 1978 г. вышла работа М. А. К. Халлидея "Язык как социальная семиотика". Халлидей пишет: "Социальная семиотика является системой значений, которая определяет или конституирует культуру; и языковая система выступает одним из способов реализации этих значений". Социальная семиотика рассматривается как система "потенциальных значений", реализующихся энергетическим воздействием контекста (что относится и к языку). Всякая "форма" является результатом социализации значения. Автора занимает также процесс социализации, посредством которого индивид включается в сферу коммуникативной функции. У взрослых Халлидей выделяет три макрофункции языка: идеационную (когнитивная, оценочная, аффективная), межличностную (индексальная и регулятивная) и текстуальную (структурирование речевого акта - выбор грамматически и ситуационно уместных предложений, логическая последовательность). Их интеграция строится на отношении семантической системы, с одной стороны, к социальному, а с другой - к лингвистическому Семантическое расположено между общими социальными употреблениями языка ("вход") и общими лингвистическими формами ("выход"). Тем самым, глубинная семантика сочетается с моделированием реального языкового употребления. Категории же структурного описания языка считаются абстрактными сущностями, не имеющими значения вне некоторой социодискурсивной модели (продолжение лингвистического номинализма Б. Малиновского и Дж. Ферса). Обобщающие социосемиотические концепции более характерны для направлений, идущих от систем сигнификации. Одна из первых принадлежит Э. Кассиреру, создавшему, можно сказать, семиотическую культурологию. Для Кассирера знак отличен от мысли и имеет собственную объективность. Сохраняя неокантианское понимание символа как априорной формы, он выделяет у него такие функции, как экспрессивная, репрезентативная и смысловая. На этой основе создается "философия символических форм", где такие формы культуры, как язык, миф, религия, искусство и наука рассматриваются в качестве объективных семиотических явлений. Особенно велико значение для С. структурной антропологии К. Леви-Стросса, использовавшего оппозицию язык/речь структурной лингвистики для описания социальных явлений, в области которых данная оппозиция переходит в оппозицию система/ процесс. Так процесс обмена женщинами (шире - брачными партнерами) соотносится со структурой родственных отношений; обмен товарами и услугами - с экономической структурой общества; а обмен сообщениями - со структурой языка. Различные сферы сигнификации описываются им в качестве структурно организованных "языков" (мифология, музыка, литература и др.). Возможность же описания всего общества как единой структуры отрицается. Интересная модель С. предложена Э. Вероном (1971), согласно которому "область идеологической манифестации", или знаковых систем общества, включает следующие группы языковых и неязыковых сообщений: 1) тексты (аудиальные и/или визуальные, причем не только естественно-языковые); 2) организацию социального пространства (архитектура, городская и промышленная планировка); 3) групповые действия и их правила (традиции, обычаи, системы институционального, технического и профессионального поведения, системы политических акций, ритуалы и т. п.). В Советском Союзе приложение семиотических методов к области социального ограничивалось идеологическими рамками. Социосемиотическую направленность можно отметить в работах "Введение в этническую психологию" Г. Г. Шпета, "Язык, знак, культура" М. К. Петрова, "Культура и взрыв" Ю. М. Лотмана. Наиболее разработанная модель С. создана М. К. Петровым. Оставляя социально-философскую концепцию марксизма для объяснения "материально-практической" деятельности, он строит семиотическую модель общения, в которой исследует "социокод" знаковой реальности культуры, организующий деятельность, знание и "институты общения". Особое внимание уделяется диахроническому описанию социокода и механизмам его трансляции. Марксистское влияние на С. обычно проявляется в критике идеологии и массовой культуры (хотя существуют и позитивные описания последней, например у В. Беньямина). Так, Р. Барт разоблачал средствами семиологического объяснения мифологию "капиталистического общества" в продукции средств массовой информации, рекламы, в моде и т. д. Ангажирована и С. "теории коммуникативного действия" Ю. Хабермаса, который увлечен критикой "инструментального разума" и т. д. В социологии символического интеракционизма (Дж. Мид, Г. Блумер и др.) ни человек сам для себя, ни другие люди для него, ни социальные ситуации и культурные ценности не выступают факторами социального действия и поведения без их символической интерпретации. Их объективность тождественна их знаковости, связана с наделением их тем или иным значением (чем "объект" и отличается от "стимула"). Ситуации же группового взаимодействия связаны с принятием и интерпретацией роли других людей. Данный подход модернизирован в концепции "социальной драматургии" Э. Гофмана (также К. Берка, X. Данкена). Гофман моделирует ситуации речевого и неречевого общения с помощью метафоры театра, объясняя взаимодействие в терминах "актер", "маска", "сценарий", "сцена" и т. п. Значимое поведение объясняется им как отклоняющееся от проблемно-разрешающего благодаря отчуждению (самоотстранению) индивида в ситуации взаимодействия с другими людьми. На первый план выходит коммуникация посредством фиктивных сообщений. Действие же развертывается не в контексте актуально-наличного мира, а на воображаемой сцене. Здесь можно вернуться к Г. Блумеру: "Этот мир имеет полностью социальное происхождение, ибо значения возникают в процессе социального взаимодействия. Различные группы вырабатывают различные миры, и эти миры меняются, когда объекты, их составляющие, меняют свои значения". Проблемы С. поднимаются также в этнометодологии X. Гарфинкеля (последователи П. Мак-Хью, А. Блам и др.). Этнометодология связана с американской культурной антропологией и этнолингвистикой. В ней рассматривается взаимодействие интерпретации с интерпретируемой социальной действительностью, феномен "рефлексивности" связывает существование социального с представлениями о нем. Тем самым отрицается принципиальная дистанция между метаязыком описания и языком-объектом повседневного опыта. Описания социального повышают меру его рациональности. Различие же научных описаний от повседневного опыта видится в типе используемых суждений: для обыденного языка характерны контекстно-связанные индексные высказывания, которые превращаются посредством онтологизации в контекстно-независимые (объективные) суждения научных классификаций. С. представлена и в ряде других социальных наук: экономике, политологии, географии, теории массовой информации, архитектуры и др. Д. В. Анкин