- кратковременная эмоция или устойчивое чувство, порождаемые у человека действительной или воображаемой опасностью. Как психологическое явление С., причины к-рого у индивида носят врожденный или социокультурный характер, выражается в тревожных и мучительных переживаниях, в испуге, ужасе, панике, а также в действиях (стихийных или сознательных), направленных на самосохранение. Когда С. приводит к утрате контроля человека над собой, к поступкам, противоречащим требованиям нравственности, он расценивается моральным сознанием как трусость. И наоборот, преодоление человеком чувства С. характеризуется как смелость, мужество. С. может выступать как устойчивая черта сознания не только личности, но и социальных групп и об-ва в целом. Ужас перед неизвестным испытывал, напр., первобытный человек, к-рый практически находился во власти законов природы и не в состоянии был контролировать их. Социализация чувства С. протекает по-разному в различных условиях микро- и макросреды, но интенсивно оно воспроизводится в об-ве угнетения, бесправия, отчуждения. При капитализме С. перед будущим у трудящихся вызывается растущей необеспеченностью существования, а у частного предпринимателя - угрозой разорения. С. перед грядущим - типичная черта сознания исчезающих в ходе исторических перемен классов и социальных слоев. Мн. буржуазные философы (Кьеркегор, Шопенгауэр, Ницше, О. Шпенглер и др.) считают С. естественным состоянием человека, осознающего одиночество, бессмысленность своего бытия. С., по Бердяеву, лежит в основе жизни личности и правит миром. Для Кьеркегора, Хайдеггера и др. экзистенциалистов «предмет страха есть ничто», Безотчетный, т. наз. метафизический ужас перед «ничто», с их т. зр., порождается «заброшенностью» и постоянной озабоченностью человека, вынужденного брать на себя ответственность за выбор решения, для к-рого якобы нет никаких рациональных оснований. Тесно связанный с эмоциями страдания, вины, стыда, презрения, С. всегда играл роль важного регулятора поведения личности (С. перед наказанием, перед властью и т. п.). Будучи закономерным порождением классового об-ва, С. как социально-психологическое явление выступает одним из рычагов сохранения отношений эксплуатации. Нередко чувство С. выдвигается даже в качестве нравственного побуждения. Религиозная мораль вменяет людям С. перед богом, перед «страшным судом», считая его наиболее надежной гарантией соблюдения ее требований. При социализме, когда люди сознательно объединяются для осуществления общих целей и ставят под коллективный контроль действие экономических и социальных законов, С. перестает быть нормальным явлением общественной психологии. По мере развития самодеятельности и творчества масс, роста их активности и сознательности С. уже не может служить регулятором их поведения. Утверждение принципов коммунистической нравственности в повседневной жизни людей предполагает, что каждый отдельный человек исполняет свой долг перед об-вом не из-за С. наказания или даже морального осуждения его некорректных поступков, а по внутренней убежденности, повинуясь своей совести, т. е. сознательно и свободно. Лишь бесстрашие перед трудностями, готовность ради истины и социального прогресса пойти против сложившихся традиций и авторитетов делают человека подлинным носителем коммунистической нравственности.