- одно из осн. этико-философских понятий рус. мысли (см. Кенотизм). Идея Ж., сострадания пронизывает литературу Древней Руси, отражается в многочисленных посланиях средневековых мыслителей, соч. Иосифа Волоцкого и Нила Сорского, Вассиана Патрикеева, Максима Грека и др. Гуманисты XVIII в. Сковорода, Новиков, Радищев с нескрываемой скорбью писали о страданиях человека и выступали обличителями "неправд" рус. жизни. С этого времени в центре рус. философии оказывается проблема социальная - проблема подлинной человечности в отношениях людей. Чаадаев в "Философических письмах" говорил о "замечательном свойстве" человеческой природы - способности сливаться с др. людьми, или "симпатии, любви, сострадании", без к-рых человек был бы лишен разумности и не отличался бы от животных. Гоголь опору состраданию, любви к столь несовершенным и столь малопривлекательным людям искал в обращении к Христу, в построении православной культуры. Хомяков считал, что здоровье души человека требует ее пребывания в сострадании и "общении любви" с душами др. людей. Киреевский, вдохновлявшийся творениями отцов церкви, писал о восстановлении первозданной личности человека, к-рое невозможно без собирания всех сил души, в т. ч. разума, воли, чувства, совести, "справедливого и милосердного", в одно живое внутреннее целое. Пафос любви и сострадания к отдельному человеку ставит Белинского в непримиримую оппозицию к некогда любимому им Гегелю: "Что мне в том, что живет общее, когда страдает личность". Судьба "субъекта", индивидуума, считает он, важнее судеб мира и гегелевской "всеобщности"; а иначе - "я не хочу счастья и даром". У Герцена идея сострадания связана не только с отношением к России и ее народу, но и с любовным очищением души каждого человека, с "прижиманием к груди всей вселенной". Несомненно, что одной из движущих причин борьбы мн. рус. мыслителей и революционеров за реализацию на земле идеального (в основном социалистического) строя было чувство сострадания к тяжелому положению своего народа. Михайловский выразил это в следующих словах: "Мы поняли, что сознание общечеловеческой правды... далось нам только благодаря вековым страданиям народа". Тема Ж. к угнетенному человеку и народу нашла сильнейшее выражение в творчестве Толстого, Достоевского, А. П. Чехова и др. художников и мыслителей России. У К. Н. Леонтьева проводится четкое различие поверхностной, без Бога, Ж. к людям и подлинной Ж., подлинного милосердия, основанного на вере и страхе Божьем. В кн. "Оправдание добра (Нравственная философия)" В. С. Соловьева чувство Ж., или симпатическое чувство, сострадание, является одной из незыблемых и вечных основ человеческой нравственности наряду со стыдом и благоговением; корень ее, как и последних, - в природе человека. Ж. в отличие от стыда, присущего исключительно человеку и выражающего этическое отношение к низшей человеческой и внешней природе, свойственна, считает Соловьев, в зачаточной форме мн. животным, и поэтому человек без стыда как бы возвращается к животному состоянию, а человек без Ж. падает ниже животного уровня. Даже любовь в смысле чисто психологическом он объясняет как укоренившуюся, ставшую постоянной Ж. Наличие в душе человека природного "корня" Ж., согласно Соловьеву, позволяет надеяться на установление должных социальных отношений, ибо она может выступить основанием принципа альтруизма и реально побуждать к альтруистическим действиям. Соловьев не соглашается с иррациональным пониманием сострадания А. Шопенгауэром как непосредственного и полного отождествления себя и другого. Суть Ж., считает он, в естественной и разумно вполне понятной всеобщей связи существ и в признании за каждым из них права на .существование и наибольшее благополучие. Из идеи Ж., взятой в ее всеобщности и объективности, следуют идеи правды (т. е. признания объективной близости, подобия мне др. существ) и идеи справедливости (т. е. отношения к др. существам, как к себе). Из принципа соответствия правде (принципа альтруизма) можно вывести, согласно Соловьеву, и правило справедливости (никого не обижать), и правило милосердия (всем помогать). Чувство Ж., согласно Соловьеву, может безгранично углубляться, возвышаться и расширяться - от материнской любви, семьи "переходить на род и племя, на гражданскую общину, на целый народ, на все человечестве, обхватывать, наконец, собою объем всего живущего во вселенной". Любить ближнего, как самого себя, означает "жалеть его, как самого себя". И эта любовь вместе с любовью к материальной природе и любовью к Богу составляет нравственный смысл жизни, или совершенное Добро. У Флоренского (Столп и утверждение истины. М., 1914) очищение сердца человека от "скверны", т. е. от того, что отъединяет от Бога и твари, - это горение сердца о тварном, потому что открывается "вечная и святая сторона всякой твари". И это горящее сердце есть сердце милующее. По Франку, реальным показателем личной веры человека в "небесное сокровище" является действенное сострадание, действенная забота о страждущих, голодных и бездомных. Сострадание, жалостливость как одну из осн. черт рус. человека отмечает Н. О. Лосский в работе "Характер русского народа" (1957), ссылаясь на публицистику Достоевского, произв. Толстого, на многочисленные факты исторического развития России.