- чаще всего означает то же, что и "смысл". Однако, начиная с Г. Фреге, существует тенденция к разведению этих понятий. Значением (предметным значением, денотатом) некоторого имени называют обозначаемый (называемый) этим именем предмет или класс предметов (объем именуемого понятия), а смысл имени (концепт его денотата) - содержание того же понятия, т. е. то, понимание чего является условием адекватного восприятия, усвоения данного имени. Г. Шпет поддерживает программу феноменологического метода Э. Гуссерля, которая предполагает усмотрение эйдетической природы смысла особыми методами, отличными от методов изучения вещей эмпирического мира. Феноменологию, открывшую бытие смысла, он пытается дополнить герменевтическим пониманием интерпретативного характера бытия смысла. По Гуссерлю, феноменологическая редукция заключает мир "в скобки", высвобождая "интенциональное" существо сознания быть "сознанием чего-нибудь" и позволяя тем самым осуществляться методу непосредственного усмотрения. Смысл здесь выступает в качестве "полноты значений" предмета, который определяется через описание конституирующих его актов. Решая теоретические проблемы герменевтики, Шлет отмечает, что ее внимание направлено прежде всего на постижение другого, чужого, т. е. на ту область, где проходит граница непосредственного понимания и требуется истолкование. А так как в интерпретации даже для себя самого необходимо прибегнуть к словесному "запечатлению" понимания, то приходится признать значимость совершаемой при этом логической работы. Момент "выражения", который в непосредственном понимании прямо не чувствуется, перестает быть прозрачным. Шпет отмечает, что содержание выражения - это его 3. В отличие от него смысл - это определительная квалификация предмета, относящаяся к его содержанию, а энтелехия - это "внутренний смысл", характеризующий целевое назначение предмета (социальное измерение смысла). Шпет герменевтику понимает в коммуникативном ключе, как науку об общении и понимании, поэтому он сосредотачивается на учении о слове. Теоретический интерес М. Бахтина также прикован к коммуникативному характеру языка, но его в нем занимает такая форма, как высказывание. Последнее он отличает от предложения: "Предложение - это относительно законченная мысль, непосредственно соотнесенная с другими мыслями того же говорящего в целом его высказывания". Контекст предложения - это контекст речи самого говорящего. Предложение, оказывающееся перед лицом внесловесного контекста речи и другими чужими высказываниями, за которым ожидается ответное понимание другого говорящего, превращается в высказывание. Предложению присуще 3. Уже в одной из своих ранних работ, где смысл высказывания терминологически определялся через "тему", он писал: "Под значением в отличие от темы мы понимаем все те моменты высказывания, которые повторимы и тождественны себе при всех повторениях. Тема высказывания, в сущности, неделима Значение высказывания, наоборот, распадается на ряд значений входящих в него языковых элементов". 3. знаков принадлежит к сфере языка как безличной и контекстно обращенной на себя системе средств коммуникации. Предложение, окруженное контекстом, т. е. только в целом высказывания, обретает полноту своего смысла. Ответить можно только на это целое высказывание, значащий элемент которого - данное предложение. Необходимым моментом высказывания является экспрессивный момент, т. е. субъективное эмоционально оценивающее отношение говорящего к предметно-смысловому содержанию своего высказывания. С. А. Азаренко