— термин, который в последнее время используется для оправдания различного рода масштабных преступлений против человечества, связанных с межнациональной ненавистью. Естественно, что это словосочетание в настоящее время употребляется правозащитниками (российскими и международными), а поэтому не имеет никакого отношения к его исконному смыслу, когда под национально-освободительным движением понималось организованное выступление определённых этнических обществ, живущих в некоторой империи, за организацию собственных национальных государств, отделённых от метрополии. В качестве примера таких национально-освободительных движений можно привести созданные в конце XIX — начале XX века организации, ратовавшие за создание национальных славянских государств в Восточной Европе и на Балканах — результатом работы таких организаций в конечном итоге стало создание Чехословакии и Югославии. В настоящее время в массовом сознании пытаются насадить мнение, что национально-освободительное движение может быть доступно для любого народа, в том числе и такого, который ещё не дорос до образования своего собственного государства. При этом, естественно, не обходится и без практики двойных стандартов. Так, к примеру, в международном праве записаны положения, в своей сути противоречивые, о том, что во-первых каждая нация имеет право на самоопределение, но во-вторых, что современное устройство мира (в частности, границы государств в Европе) должно оставаться непреложным. При разрушении Югославии в отношении Хорватов и Словенцев, к примеру, действовало первое положение, а в отношении Сербов — второе. Более того, албанское национальное меньшинство в Сербии и Македонии по каким-то причинам имеет право на самоопределение вплоть до организации собственного государства, а вот сербское национальное меньшинство в Боснии такого права, почему-то, не имеет. Однако наиболее цинично выглядит использование этого выражения в отношении бандитствующего сброда в Чечне. Члены этих банд только и занимались тем, что убивали, грабили, насиловали и изгоняли десятки и сотни тысяч людей с мест своего традиционного проживания. Но в устах некоторых правозащитников эти действия не считаются преступлениями, а вполне вписываются в понятие национально-освободительной борьбы. См. также: национальное государство.