— определённая часть сторонников либеральной демократии, выросшая из старых диссидентов и тонко чувствующих нарушения прав различных меньшинств. Правозащитники борются за восстановление попранных прав, мотивируя это своими внутренними установками и высокой моралью. При этом они откровенно занимаются нарушением закона, когда это влечёт за собой получение какой-то выгоды. Другими словами, правозащитная деятельность для этих людей — бизнес, т. к. она неплохо оплачивается западными грантами. Вопрос о том, почему правозащитники считают для себя возможным нарушать закон, закономерен. Он рождается у простых людей по одной простой причине — углядев, в самоназвании этой общественной группы слово «право...», они полагают, что речь идёт о своде законодательных актов, регламентирующих поведение человека в социуме (т. е. объективное право). Например, на знаменах Движения против нелегальной иммиграции написаны слова «за закон и порядок», оттого деятельность этого движения воспринимается гражданами положительно. Когда же обществу навязывается мнение, что прежде всего надо отстоять права преступников, террористов и людей нетрадиционной сексуальной ориентации, это вызывает законное недоумение. Любая общественная система генерирует какие-то законы человеческого общежития. Самый первый из них гласил: «Ты — мне, я — тебе». С усложнением общественного строя законы претерпели метаморфозы, появилось множество видов человеческой деятельности, что вызвало лавинообразный рост законов и правил. Но их суть осталась прежней — имелись две стороны, договаривающиеся о каком-то взаимодействии. Большинство людей, воспринимающие законы традиционным образом — как договорённость между гражданином и государством, — понимают, что обмен в данном случае заключён в том, что государство гарантирует человеку определённый набор прав, а гражданин, в свою очередь, обязуется нести обязанности. Такая сделка с государством не обязательно должна быть справедливой в общем понимании этого слова, т. к. государство, являясь монополистом в сфере права, может навязать гражданину условия сделки, выгодные власти. Однако существует некое меньшинство, нетрадиционно подходящее к правовым вопросам. Оно полагает, что не государство обеспечивает гражданина правами, а что они присущи человеку от рождения. Оттого стремление государства возложить на них какие-то обязанности воспринимается как ограничение свободы. Подобный правовой инфантилизм схож с капризом ребёнка, считающего, что работать необязательно, поскольку деньги можно брать из тумбочки. Вопросом, откуда они там появляются, он не задаётся в силу своих ограниченных способностей к отвлечённому мышлению. Поэтому правозащитники специализируются на защите прав, понимая их в том смысле, что отрицают наличие обязанностей у «свободного человека». Если свести лозунги этих людей к единому требованию, то таким лозунгом будет «Дай!» В природе существуют различные типы взаимоотношений. Есть симбиоз, рассмотренный выше («ты — мне, я — тебе»), есть паразитизм. Либералы, которыми, как правило, являются правозащитники, предпочитают именно паразитический тип отношений. Оттого и общества, построенные на либеральных идеях, являют собой механизм по отсосу соков из большинства, осуществляемый в интересах меньшинства. Неудивительно, что идеи, гласящие, что интересы общества выше интересов личности, подобные люди полагают враждебными. Другой аспект правозащитной деятельности заключается в нарочитом выпячивании проблем евреев, которые у них якобы были при советском строе. В качестве главенствующей проблемы указывалась невозможность эмиграции. Именно для защиты этого права в своё время и появилось правозащитное движение в СССР. Казалось бы, в жизни действительно было много несправедливостей и, в основном, касающихся вовсе не евреев: колхозники не имели паспортов, они не могли даже выехать из родной деревни; притеснялась религия и т. д. Но в этом правозащитном движении евреи оказались представленными совершенно непропорционально. Взять хотя бы нашумевшие процессы того времени: Даниэль и Синявский, Гинзбург и Галансков и т. д. То есть положение было похожим на то, что было в революционном движении до 1917 года. И, что важнее, в результате из всего движения стали слышны лишь требования свободы эмиграции — в основном, это была еврейская эмиграция . См. также: альтернативная гражданская служба, армейская реформа, армия, беженец, всеобщая декларация прав человека, геноцид, гражданин мира, грант, дискриминация, диссидент, интеллигенция, меньшинство, национально-освободительное движение, политзаключённый, репрессированный народ, Российская Федерация, русофобия, русский фашизм, свобода совести, скинхеды, средства массовой информации, суд присяжных, трудовые мигранты, феминизм, холокост, этнические чистки, этнофаворитизм, язык ненависти.