(28 февраля 1863, Петербург, – 6 января 1945, Москва). Отец – профессор Киевского и Московского университетов, издатель журнала "Экономический Указатель"; мать – дочь генерала. Окончил естественное отделение физико-математического факультета Петербургского университета (1886). В 1886 – 90 – в зарубежной командировке в Германии, Франции, Австрии, Италии. Среди друзей Вернадского – И.И. Петрункевич, А.А. Корнилов, С.Ф. Ольденбург; был близко знаком во время учёбы в университете с А.И. Ульяновым; переписывался с Л.Н. Толстым. С 1897 профессор. Вёл активную научно-исследовательскую работу в области минералогии, геохимии и смежных наук. Занимался земской деятельностью в 1892 – 1907 и 1910 – 13 в Тамбовской губернии. Летом 1903 Вернадский принял участие в проходившем в Швейцарии собрании российских либералов, основавших нелегальный "Союз Освобождения". В 1905 участник учредительного съезда Конституционно-демократической партии, на котором был избран членом ЦК и в дальнейшем работал в различных её комиссиях – аграрной, редакционной и других. В 1906 вновь избран в ЦК (был в нём до конца 1917). В марте 1906 избран член Государственного Совета от академической курии (Академия наук и университеты), но в июле подал в отставку в знак протеста против роспуска Государственной Думы. В 1908 вновь избран в Государственный Совет. С 1909 экстраординарный академик, с 1912 ординарный академик. В 1911 подал в отставку из Московского университета в знак протеста против реакционной политики министра народного просвещения Л.А. Кассо и переехал в Петербург; исключён из Государственного Совета. В 1914 совместно с академиками А.П. Карпинским, Б.Б. Голицыным, Н.С. Курнаковым, Н.Д. Зелинским, А.Е. Ферсманом, Я.В. Самойловым создал Комиссию по изучению естественных производительных сил. В 1916 избран в Комиссию по вопросу о проекте нового университетского устава. С марта 1917 ординарный профессор Московского университета. После Февральской революции председатель учёного комитета при Министерстве земледелия. Выступал против выхода кадетов из Временного правительства. 8 июля писал из Киева сыну: "Киевский комитет конституционных демократов. протестовал против выхода министров конституционных демократов. Теперь ошибка этого решения ясна всем, она всюду осуждалась... людьми разных групп и партий и не понималась..." (Думова Н.Г., Кадетская партия в период первой мировой войны и Февральской революции, М., 1988., с. 175). С августа товарищ (заместитель) министра народного просвещения; сохранил за собой руководство обеими комиссиями и возглавил отдел высшей школы и государственной организации научных исследований (вплоть до роспуска подпольного Временного правительства 17 ноября). Выдвинут в Учредительное Собрание от Петрограда и Алтая (избран не был). Поднимал вопрос о создании Академий наук Грузии и Украины. Политические позиции Верднадского характеризуют записи из его дневника за октябрь – ноябрь: 9 октября – "Сергей Сергеевич (Салазкин. – Автор) возбудил вопрос об условиях мира. Считается, что получение отказа побудит массы иначе отнестись к войне. Я указываю ему, что необходим разрыв социалистов-государственников с большевиками... Не надо бояться столкновения с большевиками и надо идти на это"; 10 октября – "Приходится держаться Керенского faute de mieux" [за неимением лучшего – франц.]; 12 октября – "Всегда боялся, что социализм даст дисциплину казармы"; "Совещание Товарищей Министра. Обсуждение прав польских (и иных) школ с польским языком. В общем, у всех нас взгляд один: равноправие с русскими «школами»"; 15 октября – разговор с финским геологом Я.И. Седергольмом о Финляндии: "Я ему говорил о трудности для государственных людей России найти устойчивое положение при независимости Финляндии благодаря близости столицы к границе. Для меня выход – или независимая Финляндия без Выборгской губернии, или цельная Финляндия, соединённая с Россией"; «Земельные Комитеты состоят из "социалистов-революционеров", подозрительных элементов; идёт нажива, захват земли себе и своим. Несомненно, земля уйдёт в другие руки, но не социализации или национализации, а в крепкие руки демократов Колупаевых»; 18 октября – "Бессилие воли у социалистов? Другое племя, чем народовольцы"; "Сейчас время людей воли. Их жаждут"; 20 октября – "В большевизме есть идейная сторона, но она так чужда сознательно действенным силам, что в конце концов чувствуется ими только как дикая разрушающая сила". 3 ноября – "Невозможное становится возможным – и развёртывается небывалая в истории катастрофа или, может быть, новое мировое явление. И в нём чувствуешь себя бессильной былинкой"; "Тяжело потому, что у нас ведь происходит – среди интеллигенции – то же самое. Неужели «нас ожидает» рознь интеллигенции и демоса? Или для устойчивости государства мы не могли «ввести» те формы жизни, к каким мы стремились всё время?"; "В сущности, массы за большевиков"; «Сегодня в "Деле Народа" поразительное по цинизму решение большевиков о свободе печати. Это что-то невероятное»; 6 ноября – "Очень смутно и тревожно за будущее. Вместе с тем и очень ясно чувствую силу русской нации, несмотря на её антигосударственное движение. Сейчас ярко проявился анархизм русской народной массы и еврейских вождей, которые играют такую роль в этом движении. Очень ясно падение идейное социализма и народничества. Очень любопытное будет изменение русской интеллигенции. Что бы ни случилось в государственный формах, великий народ будет жить"; 8 ноября – "Решено искать свидания. Пользуясь старыми связями с Ульяновым Сергея Ольденбурга (и моими), послать к нему [В.И. Ленину] не от партии депутацию для освобождения министров (Сергей, Кутлер, Шахматов, Васильев – я отвёл себя как товарищ министра, заменён Мануйловым). Положение «арестованных» министров в Петропавловске угрожающее, опасное"; 10 ноября – "Положение трагическое: получили значение в решении вопросов жизни страны силы и слои народа, которые не в состоянии понять её интересы. Ясно, что безудержная демократия, стремление к которой являлось целью моей жизни, должна получить поправки" (Вернадский В.И., Придётся перейти через кризис, "Огонёк", 1990, № 49, с. 12 – 14). 22 ноября Академия наук удовлетворила просьбу Вернадского о командировке в южные районы страны из-за состояния здоровья и для продолжения работ по живому веществу; выехал в Полтаву, где проживали родственники его жены. В июне 1918 избран председателем Комиссии по созданию Академии наук Украины, 27 октября президентом АН Украины. После закрытия деникинскими властями всех украинских научных учреждений, основанных после Октябрьской революции, в том числе и Академии наук, Вернадский вынужден был уехать в Крым, стал ректором Таврического университета в Симферополе. В 1919 Вернадский писал: "Есть опасность, что... некоторые из центров научного творчества могут погибнуть в вихре событий... Возрождаются скверные навыки старой русской власти жертвовать расходами на культурные русские ценности... Сейчас главнейшей силой, сплачивающей новое русское государство... будет являться великая мировая ценность – русская культура во всех её проявлениях" (Думова Н.Г., Кадетская контрреволюция и ее разгром (октябрь 1917 – 1920 гг.), М., 1982., с. 76). В 1921 Вернадский вернулся в Петроград; организатор и директор Радиевого института АН (1921). В 1922 – 26 читал курс лекций в Сорбонне (Франция), вёл научную работу. Вернулся в СССР в 1926, хотя ему предлагали остаться во Франции. В 1932 в письме В.М. Молотову Вернадский писал о "своей идеологической чуждости основам капиталистического строя", вместе с тем подчёркивал, что он также "отнюдь не является сторонником социалистического или коммунистического строя и считает, что реально выявится нечто новое" ("Огонёк", 1990, № 49, с. 12). Сочинения: Труды по всеобщей истории науки, 2 изд., М., 1988; Философские мысли натуралиста, М., 1988. Литература: Козиков И.А., Философские воззрения В.И. Вернадского, М., 1963; Корсунская В.М., Верзилин Н.М., В.И. Вернадский, М., 1975; Страницы автобиографии В.И. Вернадского, М., 1981; Мочалов И.И., В.И. Вернадский, М., 1982; Письма В.И. Вернадского А.Е. Ферсману, М., 1985; В.И. Вернадский. Рекоменд. указатель литературы, М., 1984. М.Е. Голостенов.