- понятие, введенное Мишелем Фуко в работе "Воля к знанию" (1976) и родственное концепту политическая анатомия, представленному в тексте "Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы" (1975). Политики тела рассматриваются как особые способы управления людьми, характерные для власти современного типа. Они характеризуются расчетливым, экономным отношением к индивиду, как если бы он не был неразделимой единицей, но его можно было "прорабатывать в деталях, подвергать тонкому принуждению, обеспечивать его захват на уровне самой механики - движений, жестов, положений, быстроты" (Фуко. 1999. С. 199-200). Фуко различает два типа политических технологий, которые начинают складываться на Западе в Новое время: анатомо-политики тела, которые имеют дело с телами индивидов и предполагают развитие таких форм знания, как анатомия, клиническая медицина, военное дело, искусство руководства работниками мануфактуры и пр., и биополитики народонаселения, занятые коллективным телом популяции, что требует развития знаний в области политической экономии, демографии и т. д. Политики тела становятся преобладающими тогда, когда феодальные способы управления, характеризующиеся как право предавать смерти, уступают современному типу власти, биовласти, реализующейся в том, чтобы во имя утилитарных целей культивировать жизнь. Кроме того, если феодальные методы управления нацелены на захват и удержание территорий, то уже с приходом века Просвещения государственная политика переориентируется на искусство управления популяциями, которое в конечном итоге нацелено на управление каждым индивидом. В феодальных обществах Запада политики тела театрализованы, и лишь немногие тела становятся предметами публичного любования: королевское тело во время коронации, выхода к народу, тело преступника, как его антипод, во время экзекуции. В современных индустриальных обществах политики тела рутинизируются, обращаясь с самыми различными телами как машинами, которые принуждаются к работе и расходу энергии. Проблема политик тела получила разработку у целого ряда авторов, которые предприняли попытки совершить выход за пределы намеченных Фуко хронологических рамок и тем. Так, в рамках феминистских и гендерных исследований (Дж. Батлер, С. Бордо, А. Дворкин, Э. Гросс) была тематизирована линия сексуальных и репродуктивных политик женского тела, состоящая в редукции личности женщины до уровня ее тела, которому в патриархатном обществе отводится роль своеобразной машины для деторождения и объекта сексуальных домогательств. При этом в рамках мужских исследований тематизация аналогичной линии происходит значительно медленнее, концентрируясь преимущественно на проблемах мужского тела как эротического объекта (И. С. Кон). В медицинской социологии и медицинской антропологии кристаллизуется тема биомедицинских политик тела, связанная с осмыслением конкретных медицинских ритуалов и больничной рутины (М. Лок и Н. Шепер-Хьюз), превращающих тела пациентов в объекты терапевтической дисциплины и хирургического вмешательства (Д. Армстронг, Б. Тернер), экспонаты клинических знаний (М. Эванс) и пр. В сфере научной фантастики, особенно в киберпанке (У. Гибсон, Б. Стерлинг), и социокультурных исследованиях, посвященных проблематике применения высоких технологий (Ж. Бодрийяр, Д. Харавэй), развивается фантазматическая линия технополитик тела, сфокусированная, в основном, на вопросе о киборге, в котором видят продукт грядущего слияния тела и машины, лишенный признаков пола, возраста, расовой принадлежности и пр. Широта проблемы политик тела привлекает к исследованиям в этой области большое число современных авторов, которые обсуждают вопросы о политиках тела в обществах различного типа, в конкретные исторические эпохи.