(англ. biographical approach, biographical perspective) - мультиметодологический подход,  развивающийся в этнографии, социологии и психологии, преимущественно опирающийся на качественную исследовательскую парадигму. Б.М. направлен на исследование  "истории" индивидуальной жизни человека,  с акцентом на субъективных представлениях индивида  о своей жизни и социальной реальности , выраженных в форме индивидуально-субъективного повествования. Впервые метод  жизненной истории использовали представители Чикагской школы социологии У. Томас и Ф. Знанецкий в исследовании "Польский крестьянин в Европе и Америке" (1918-1920). На разработку Б.М. повлияли теории, тяготеющие к интерпретативному подходу: символический интеракционизм  , феноменология,  семиотика,  феминизм  . В качестве материалов в биографическом исследовании могут использоваться различные виды данных: устные жизненно-исторические свидетельства, результаты опросов, данные  наблюдений, акты, официальные и семейно-исторические документы  и пр. Б.М. имеет много общего с методом устной истории (oral history), иногда рассматривается как разновидность метода истории отдельного случая (case study). Спецификой Б.М. считают его сфокусированность на субъективной интерпретации аспектов жизни личности, группы (например, семьи), организации. Если устная история  - это воссоздание определенных исторических событий с фактологической точностью со слов их участника, то в центре внимания Б.М. оказывается устное или документальное описание  событий с точки зрения самого рассказчика в той форме, в которой субъект жизнеописания переживает, интерпретирует и определяет эти события. В истории жизни присутствуют три типа конкретизации субъекта (по М. Бургосу): субъект в качестве интервьюируемого; субъект как предмет, герой рассказа; и субъект - рассказчик истории. Каждый из этих типов занимает самостоятельное положение в структуре повествования, потому может быть проанализирован отдельно. Еще одной особенностью Б.М. является возможность изучения процессуальности социальной жизни. В истории жизни рассказчик репрезентирует момент возникновения события, его развитие  и завершение, а также самостоятельно выстраивает между несколькими событиями смысловые цепи. Под влиянием  традиций символического интеракционизма  Б.М. привлекает внимание к проблеме предоставления своего исследовательского поля "голосам молчащих групп". Б.М. снимает разграничение уникальных и типичных событий и проявляет интерес  не только к стандартным, но, прежде всего, маргинальным смысловым перспективам.  Биографический подход дает возможность исследователю описать значения и смыслы поступков, исходя из перспективы самих участников событий, при помощи их собственных категорий. Возможности Б.М. позволяют изучать и интерпретировать при помощи создаваемых в ходе самого исследования мини-теорий (А. Страусс, Дж. Корбин) маргинальные для социологической теории области, т.е. ранее не попадавшие во внимание исследователей, а также данные социологических исследований, полученных в периоды значительных социокультурных изменений. Поскольку Б.М. направлен на исследование и представление субъективного опыта информанта,  то возникает проблема  субъективности данных, которые могут быть окрашены ложью, желанием произвести впечатление, и вследствие этих особенностей не могут считаться надежными. Установление критериев объективности исследования различается в рамках реалистического и конструктивистского подходов. Реалист представляет читателям жизненные истории как новые "факты"  о людях. Допускается, что информант может ошибаться, лгать и преувеличивать, - поэтому в исследовании используют дополнительные методы и дополнительные источники с целью  проверки информации, например, анализ  личных и официальных документов, свидетельства очевидцев. С позиции конструктивизма история жизни,  полностью бы отражавшая жизнь,  невозможна. Такого исследователя интересует не истинность  описанных событий, а способ их репрезентации рассказчиком: нарративный аспект материалов, способ реконструкции своей жизни, категории,  используемые информантом для объяснения своего поведения. Исследовательская рефлексия 1990-х, получившая название "кризис репрезентаций и легитимаций", характеризовалась выходом на передний план  проблемы присутствия в тексте  автора. Любая репрезентация  социальной реальности оборачивается саморепрезентацией исследователя, а "Другой" , представленный в теории, может оказаться лишь авторской версией. Необходимо установить связь между живым опытом информантов и научным текстом. В ходе преодоления кризиса была открыта новая перспектива оценки  качества исследования. Автор (читатель)  волен легитимировать любую репрезентацию, опираясь на удовлетворяющие его критерии. Это предполагает открытость исследовательского процесса  - читатель должен быть ознакомлен со всеми инструментами и процедурами, чтобы самостоятельно судить об их адекватности, иметь возможность повторить исследование. Для повышения обоснованности исследовательской версии используется также множественная триангуляция  (Дензин) - особая исследовательская стратегия соотнесения данных нескольких исследований, придающая полученному знанию конвенциональный характер: принимается исследовательская версия, которая большинством исследователей признается наиболее адекватной. Г.Г. Манжула