(human-centured technology) — подход  к разработке технологии и организации работ, нацеленный на расширение мастерства и предоставление равного приоритета человеческим и организационным проблемам,  а также техническим требованиям проекта.  Этот подход, называемый в промышленности антропоцентристскими производственными системами, прямо противоположен технической философии, основанной на предположении о том, что люди являются источником неопределенности и ошибок и должны быть в конечном счете заменены интегрированными компьютерными системами в "фабрике будущего без применения людей" (см. также Технологический детерминизм;  Новая технология) . В идеально-типичной форме челове-коцентристская технология  включает проектные критерии, способствующие осуществлению единства замысла и исполнения, расширению квалификации (особенно за счет смежных областей), рабочего контроля над процессами труда  и технологии путем непосредственного участия в проекте. Человекоцентристская технология  была поначалу связана с такими инициативами 1960—70-х гг. по гуманизации труда, как технологические эксперименты  фирмы "Вольво", схемы разнообразия видов труда и социотехнический системный подход  (см. также Качество  трудовой жизни; Школа человеческих отношений) . В последнее время  данный подход рассматривается в качестве важной особенности новых систем производства, основанных на гибкой специализации, утверждающей возникающую постфордистскую стратегию производства (см. Фордизм и постфордизм) . Многопрофильные и функционально гибкие ремесленные рабочие  заменяют образцы массового производства Тейлора. Согласно данной теории, человекоцентристская технология и более "эффективна" с точки зрения управления, и более гуманна, а также демократична с точки зрения отношений между рабочими и управляющими. Несмотря на значительную корректировку упрощенной логики деквалификации в процессе  труда, критики человекоцентристких подходов ставят под сомнение масштабы, в которых они могут быть реализованы на практике, и указывают на отрицательные последствия в виде повышения напряженности и интенсификации труда. Кроме того, высказываются сомнения в масштабах истинного участия рабочих и обращается внимание на увеличение числа частично занятых или временных рабочих, помогающих основному составу пользоваться большей защитой и лучшими условиями труда (см. Вуд, 1989).