- теоретич. и ме-тодологич. направление в амер. социологии, превращающее методы  этнографии и соц. антропологии в общую методологию всех соц. наук. Основателем Э. является Г. Гарфинкель. Будучи весьма экзотичной по своей терминологии, по способу определения предмета и методов исследования, резко противопоставляемых предмету и методам всей прежней социологии, Э. имеет свои идейные истоки, прежде всего экзистенциализм,  феноменологич. социологию, культурную и соц. антропологию. Э. распалась на ряд течений: анализ  разговорной речи (Г. Сакс, Дж. Джефферсон), этнометодологическую герменевтику (А. Блюм, П. Мак-Хью), анализ обыденной повседневной жизни (Д. Циммерман, М. Поллнер), этнография,  исследование  науки и достижения консенсуса  в диалогах ученых (К. Д. Кнорр-Це-тин, Б. Латур, С. Вулгар и др.). Э. пытается превратить методы исследования  антропологами примитивных культур и общин в процедуры изучения соц. и культурных явлений. Тем самым Э. универсализирует методы этнографии и способы организации повседневной жизнедеятельности людей в примитивных культурах,  пытается увидеть в них основание социологич. анализа современной соц. жизни. Предмет Э. - процедуры интерпретации, скрытые, неосознаваемые, нерефлексивные механизмы соц. коммуникации между людьми. Причем все формы соц. коммуникации сводятся Э. к речевой коммуникации, к повседневной речи. Подчеркивая уникальность каждой ситуации повседневного общения, Э. отводит большое место механизмам рефлексии в работе познавательного аппарата: рефлексия по сути дела формирует когнитивные структуры различн. уровня - и повседневные представления о соц. реальности, и социологич. теории, вырастающие на почве обыденных представлений. Э. основывается на определенных теоретич. допущениях, к-рые по-разному были встречены в амер. и европейской социологии. Среди этих допущений следует отметить, во-первых, отождествление соц. взаимодействия с речевой коммуникацией, во-вторых, отождествление исследования с истолкованием и интерпретацией действий и речи другого - собеседника; в-третьих, выделение двух слоев в интерпретации - понимания и разговора;  в-четвертых, отождествление структурной организации разговора с синтаксисом повседневной речи. Э. не приемлет принципиального разрыва между субъектом и объектом описания, полагая, что подобное противопоставление характерно для позитивистской модели научн. исследования. Согласно Э., необходимо построить социологич. исследование на взаимосопряженности исследователя и исследуемого. Поэтому Э. принимает методы организации речи и жизнедеятельности, характерные для примитивных культур, не только в качестве объекта,  но и средства описания. Подчеркивая, что этнометодолог и социолог (поскольку Э. стремится стать общей методологией социологии) не могут занять позицию отстраненного, дистанцированного наблюдателя, что он всегда включен в контекст  повседневного общения и разговора, представители Э. обращают внимание на то, что коммуникация  между людьми содержит более существенную информацию, чем та, к-рая выражена вербально, что существует неявное, фоновое знание,  подразумеваемые смыслы, молчаливо принимаемые участниками взаимодействия и объединяющие их. Э. понимает язык  повседневного общения весьма широко, включая в него не только вербальный язык, но и язык жестов, выразительных движений, ритуал  и даже молчание. Так истолкованный язык повседневного общения оказывается фундаментальной сокровищницей соц. смыслов и значений и задает горизонт осмысления мира, в т. ч. и научн. постижения реальности. Л.Г. Ионин.