- формы и методы  постановки и употребления проблем в мышлении. П. определяется через трактовку смысла и функции проблемы в деятельности и мышлении. Термин  "проблема"  (в данном контексте)  употребляется как минимум в трех смысловых значениях: 1) Как препятствие в деятельности, непреодолимое наличными и известными деятелю средствами и методами. Собственно проблема в этом смысле характеризует не само препятствие, а отношение  деятеля к препятствию (она есть субъективное отношение к препятствиям при достижении целей). В такой субъективной трактовке проблема может восприниматься как вызов, требующий ответа, усилия, подвига или изобретения. Для того чтобы препятствие в деятельности стало проблемой, кроме субъективного восприятия его как вызова, необходима соответствующая эпистемическая ситуация, в которой возможно решение  проблемы. Например, выражение "летательный аппарат тяжелее воздуха" обретает откровенный характер вызова для инженерного мышления и творчества в период после изобретения воздушного шара, когда искусственный полет человека  в принципе  возможен, но на аппаратах легче воздуха, с одной стороны, и при наличии знаний аэродинамики и баллистики - с другой.  2) Как "ученое незнание" или знание  о незнании. Со времен Николая Кузанского очерчивание в знании зоны незнания широко используется как мотивирующий прием в организации исследований. Все географические знания получены экспедициями, направляемыми в те места земного шара, которые помечены "белыми пятнами" на его модели - глобусе. Аналогичную функцию выполняли сочинения типа "Мировых загадок" Геккеля, даже если они выражались в форме - "не знаем и никогда не узнаем", как у П. Дюбуа-Раймона. 3) Как столкновение двух внутренне непротиворечивых знаний об одном и том же. Самым древним и классическим примером проблемы этого типа являются некоторые античные апории. В апориях элеатов упор делался на противоположности рассудочного вывода из данных чувственного опыта: "Стрела", "Ахиллес и черепаха" и др. У поздних софистов и в рамках Мегарской школы более популярными стали иные, формально-номинативные парадоксы: "Лжец", "Брадобрей", "Лысый", или грамматические ловушки, например, "Рогатый", где не соблюдается закон  тождества, хотя это может быть незаметным на некотором этапе развития логики. Функция  проблем этого типа в развитии знания описывается схемой: тезис - антитезис - синтезис. Понятно, что проблемы второго и третьего типа сами могут становиться препятствиями в деятельности, особенно, если это деятельность,  ориентированная на познание.  Тогда логические парадоксы и "ученое незнание" (Николай Кузанский) сами становятся вызовом, а проблема - объектом пересечения логики, онтологии и этики. Основная трудность проблем и П. состоит в том, чтобы тезис и антитезис относились к одному и тому же объекту.  В противном случае получается просто паралогизм или логическая ошибка - нарушение закона тождества. Поэтому нельзя представлять П. просто как оппозицию двух логических суждений, это только форма  выражения проблемы. В П. противопоставляются типы и формы знания, способы и методы доказательства и обоснования. Для античности было актуальным противопоставление застывшего традиционного знания и обычая, с одной стороны, и динамичного полисного политического знания, с другой, чувственного обоснования знания обывателя и противоположного ему рассудочно-абстрактного обоснования и доказательства софиста или философа. Схоласты пытались добиться согласования "двух истин": истины откровения (теология)  и истин разума  и здравого смысла (философия  и практическая жизнь) . Для методологов науки Нового времени (Галилей, Ф. Бэкон, Декарт) принципиальное значение  приобрела оппозиция дедуктивного вывода и индуктивного экспериментального доказательства (рационализм  и эмпиризм) . И. Кант специально останавливается на проблемах чистого разума - антиномиях, а Г. Гегель формулирует для работы с ними законы "единства и борьбы противоположностей" и "отрицания отрицания". После Канта и Гегеля к П. перестали относиться как к предмету философских спекуляций. Проблемы стали материалом и содержанием методологической рефлексии. Различные направления методологии разрабатывали техники П. и определяли разные функции проблем в структуре метода. Предлагалось даже выделение исследований проблемы в специальную дисциплину - апоретику (Н. Гартман). В 19 в. остро стояла проблема применимости естественно-научного метода в гуманитарных исследованиях, а в 20 - актуализировалась оппозиция натуралистического и деятельностного подходов в науке, инженерии и гуманитарной практике. П. может быть представлена как организованность трех действительностей: критико-онтологической (отнесение тезиса и антитезиса к объему, причем одному), логико-технической (форма выражения и техники П.) и этической (субъективация вызова, прагматический мотив  поведения и деятельности). Так, например, Галилею при сравнении двух утверждений "ускорение свободного падения зависит от массы тела" и "ускорение свободного падения - константа" пришлось провести онтологическую критику и показать, что эти утверждения относятся к разным объектам: к падению тел в воздухе и к падению тел в идеальной пустоте. Затем ему пришлось отказаться от формально-логических рассуждений Аристотеля и воспользоваться формой представления движения, предложенной Николаем Оремом. Кроме того, ему пришлось принять вызов и набраться смелости для противостояния авторитету  Аристотеля. Таким образом, проблема может быть понята только как историческое явление или как организованность в исторической практике. Как триединство онтологии, логики и этики она может быть решена, диалектически снята в синтезисе, или она может утратить актуальность, после чего в культуре сохраняется только логическая форма выражения проблемы, которая уже ни для кого не способна стать вызовом. Кроме того, могут измениться объектные представления (идеальная пустота Галилея и торричелева пустота, эмпирически открытая много лет спустя), может измениться научная парадигма.  А если мотивирующий заряд проблемы сохраняется для философа иной эпохи (например, апория "Лжец" для Рассела), то выражается она уже в иных знаках, логиках  и языках. В истории философии и науки проблемы имеют самостоятельное значение независимо от их решения. Например, как аргумент в критике - парадокс "третьего человека", сформулированный Аристотелем в "Метафизике" для критики платоновского мира идей; как тема философствования или предмет многолетней дискуссии - проблема универсалий в средневековой философии, или психофизическая проблема в физиологии и психологии 19 в. и т.д.; как инструмент фальсификации научной теории (Поппер) - проблема свободного падения тел, сформулированная Галилеем для фальсификации представлений Аристотеля, или почти аналогичная галилеевской проблема неаддитивности света, возникшая в классической физике после эксперимента  Майкельсона-Морли. В.В. Мацкевич