(1899-1992) - австро-английский экономист и философ, один из основоположников неоавстрийской школы в политической экономии, классик современного либерализма.  С 1918 учился в Венском университете,  где изучал право,  экономику, философию и психологию. Доктор права  (1921) и доктор политических наук (1923). Сооснователь (1927) и первый директор Австрийского института  экономических исследований (1927-1931). В 1931-1950 - профессор политической экономии и статистики Лондонской школы экономики. С 1938 - гражданин  Великобритании. В 1950-1962 - профессор социальных наук и этики Чикагского университета. В 1962-1968 - профессор экономической политики Фрейбургского университета (ФРГ). С 1969 - профессор-консультант Зальцбургского университета (Австрия). В 1974 X. был удостоен Нобелевской премии по экономике (совместно с Г. Мюрдалем) "За основополагающие работы по теории денег и экономических колебаний и глубокий анализ  взаимозависимости экономических, социальных и институциональных явлений". Организатор (1947) либерально-ориентированного "Общества Мон-Пелерин" (наряду, в частности, с Поппером и Полани). Основные сочинения: "Дорога к рабству" (1944, переведена более чем на 20 языков мира); "Индивидуализм  и экономический порядок" (1948); "Контрреволюция  науки" (1952); "Структура  восприятия" (1952); "Основной закон  свободы" (1960); "Право, законодательство и свобода"  (тт. 1-3: "Правила и порядок" - 1973, "Мираж социальной справедливости" - 1976, "Политический строй свободного народа"  - 1979); "Пагубная самонадеянность. Ошибки социализма"  (1988) и др. В первые годы научной деятельности X. занимался преимущественно проблемами теории денег, капитала  и экономического цикла. Встревоженный распространением социалистической идеологии до и во время  Второй мировой войны, он сделал основной темой своих работ полемику с различными проявлениями этой идеологии, под влиянием  которой, как признавался сам X., он находился в юношеские годы. Предпринял попытку показать принципиальную неосуществимость целей, провозглашаемых приверженцами социализма и невыполнимость программ, предлагаемых для реализации этих целей. По мысли Х., с деятельности Сен-Симона и его школы начинает существование "инженерный" взгляд на общество,  в соответствии с которым предполагается, что человечество в состоянии в рамках первоначального рационального плана  сознательно направлять собственную эволюцию. Данная амбиция разума  (по Х., "конструктивистский рационализм" ) сыграла высокотрагичную роль  для судеб личной свободы и качества жизни людей. По мысли Х., "в споре между социализмом и рыночным порядком речь  идет ни больше ни меньше как о выживании. Следование социалистической морали привело бы к уничтожению большей части современного человечества и обнищанию основной массы оставшегося". С экономической точки зрения кардинальное преимущество рыночной системы перед плановой X. усматривал в способности первой из них посредством ценового механизма использовать такой объем информации, получение и переработка которого невозможны в рамках системы централизованного планирования. Следствием этого считал неспособность плановой экономики обеспечить соответствие структуры производства структуре общественных потребностей, достичь сколько-нибудь приемлемого уровня эффективности. С политической точки зрения, последовательное осуществление принципов планирования, по X., неизбежно приводит к тоталитаризму.  План предполагает жесткую иерархию четко определяемых целей, установление которых требует недостижимой в реальности степени общественного согласия. Поэтому планирование  обязательно сопровождается применением мер принудительного характера, ограничением и, в перспективе, ликвидацией правового порядка, проникновением государства во все сферы общественной жизни. Если, согласно принципу  "невидимой руки" Смита, индивид,  руководствуясь своекорыстными интересами, способствует общественному благу, даже не имея в виду такой цели, то в данном случае все происходит наоборот: государство,  стремясь к общественному благу, вопреки своим намерениям ущемляет интересы  индивида. По X., тоталитаризм является неизбежным следствием попытки переноса на общество принципов, по которым функционируют т.наз. "сознательные порядки" - организации типа фабрики или армии и создаваемые с заранее определенной целью  по соответствующему плану. Однако развитие  общества в целом представляет собой сложный процесс  эволюции и взаимодействия "спонтанных порядков" - социальных институтов, моральных традиций и практик, складывающихся без чьего-либо замысла и не поддающихся координации из единого центра. Типичные примеры "спонтанных порядков" - рынок, право, язык,  мораль.  Координация деятельности индивидов в рамках "спонтанных порядков" осуществляется путем соблюдения универсальных правил поведения с одновременным предоставлением индивиду определенной сферы автономии. Гарантиями такой автономии, позволяющей использовать "рассеянное знание"  - многообразие знаний и навыков отдельных людей - являются институты индивидуализированной собственности и частного предпринимательства, политическая и интеллектуальная свобода, верховенство права. Широкое распространение этих институтов, согласно X., стало результатом "...эволюционного отбора, обеспечивающего, как оказалось, опережающий рост численности и богатства именно тех групп, что следовали им". На протяжении всей своей научной деятельности X. выступал против государственного вмешательства в экономику, являясь принципиальным оппонентом всех трех наиболее влиятельных антилиберальных экономико-политических проектов 20 в. - социализма, кейнсианства и доктрины "государства всеобщего благоденствия". Продолжительное время его взгляды расценивались как старомодное чудачество, а прогрессистская интеллигенция  левого толка подвергла Х. самому настоящему остракизму (в стэнфордовском сборнике 1984 о Х. отмечалось: "...так называемые интеллектуалы  присудили его к научной смерти. В академических кругах к нему начали относиться почти как к неприкасаемому, если не как к подходящему мальчику для битья, которого ученые мужи могли разносить в пух и прах всякий раз при обнаружении, как им представлялось, "дефектов" рынка или свободного общества"). Крушение иллюзий кейнсианской модели государственного регулирования в 1970-х и распад социалистического лагеря в 1990-х - придали произведениям Х. особую актуальность. А.А. Баканов